Форум » И о погоде... (НЕ про спорт) » Из старой копилки » Ответить

Из старой копилки

Ihori: Cигнал выхода на старт марафона: "Motherland expects that every runner will do his duty"

Ответов - 90, стр: 1 2 3 All

Ihori: Все люди в стране (Австралия) думали, что это просто пожилой чудик, возмечтавший о недостижимом подвиге, что за эту попытку он даже может поплатиться жизнью. Но «старичок» такое мнение опроверг. Клифф Янг в 1983 году принял участи в пробеге Сидней-Мельбурн, когда ему стукнуло 61. Это один из жестких мировых пробегов. На преодоление дистанции в 875 км уходит не менее 6-7 дней, и мериться силами Клиффу предстояло с атлетами мирового уровня. Вот как он со всем этим справился и как вдохновил целую нацию. Начало Ежегодно в Австралии проводится тяжелейший из мировых ультрамарафонов – 875-км пробег на выносливость из Сиднея в Мельбурн. В этой длительной, длящейся неделю, жесткой гонке обычно принимают участие известные мировые атлеты, проходящие специальную подготовку. Их поддерживают известные спонсоры, вроде Nike. Все они должным образом экипированы. На них отличные кроссовки, и их возраст, как мужчин, так и женщин, не превышает 30. В 1983 г. вся эта элитная когорта была несколько озадачена. В день открытия появился некто, назвавшийся Клиффом Янгом. Вначале все думали, что малый пришел понаблюдать – ему было 61, и одет он был в рабочий комбинезон, а обут в рабочие ботинки с галошами. Но когда Клифф подошел к столу и взял номер, стало очевидно, что он собирается и поучаствовать. Он присоединился к группе в 150 атлетов международного уровня и побежал! Но народ еще не знал главного – единственным тренером этого чудака была его 81-летняя мать. Ну, мало ли есть городских или сельских сумасшедших. Журналисты же ухватились за сенсацию – чудик нацепил свой номер 64 и присоединился к группе бегунов, щеголявших специальной и дорогой беговой экипировкой. Фокус телекамеры выхватил Клиффа, и последовало короткое интервью: -- Расскажите, кто вы и что вы тут делаете. -- Я Клифф Янг. Я работаю на большом ранчо в окрестностях Мельбурна. Я там пасу овец. -- И вы действительно собираетесь участвовать в забеге? -- Ну, да… -- У вас есть группа поддержки? -- Нет. -- Ну, тогда у вас ничего не выйдет. -- Ну, прям? Я вырос на ферме. У нас не было достаточно средств, чтобы приобрести лошадей или какую-либо четырехприводную таратайку. Все это время, вне зависимости от погоды, будь то дождь иль град, я должен был быть на ногах и присматривать за овцами. Только года четыре назад мы смогли позволить себе прикупить старый джип. А овец у нас было до 2000 голов, и участок был в 2000 акров. Иногда приходилось носиться за этими овцами и по два и три дня подряд. Конечно, долго, но я их всегда нагонял. Полагаю, поучаствовать в данном пробеге я смогу. Три дня за овцами я бегал. А тут будет всего-то еще пара лишних дней. В пять дней и уложимся. Когда марафон начался, профессионалы оставили Клиффа с его галошами далеко позади. Зрители веселились, поскольку парень даже и бежал неправильно. Вместо того, чтобы бежать, он передвигался лениво, шаркая ногами по земле. Так, 61-летний картофельный фермер из Бич Форрест, безнадежно начал свой ультрамарафон наряду с элитными мировыми бегунами. По всей Австралии люди прилипли телевизорам и молились, чтобы хоть кто-то разумный остановил этого свихнувшегося старичка, чтобы он, не дай Бог, не помер где-то на полпути к Сиднею. Черепахи и кролики Каждый профессиональный атлет знал, что на преодоление дистанции уходит около 7 дней, и чтобы ее успешно преодолеть, надо в день бежать 18 часов и 6 часов спать. Но Клифф Янг этого-то и не знал! На утро, когда о ходе гонки объявили по радио, народ удивился снова. Клифф был все еще в строю, он протрусил всю ночь, и находился в городке под названием Миттагонг. Очевидно, что в конце первого дня он не останавливался. Несмотря на то, что Клифф находился далеко позади всех, он продолжал бежать. Даже еще приветственно и помахивал зрителям, толпившимся на обочине. Когда же Янг достиг городка Албари, у него поинтересовались, какой же тот придерживается тактики на оставшейся дистанции. Он просто ответил, что будет бежать до конца, что и сделал. И он продолжал бежать. За каждую ночь он понемногу приближался к лидерам. А в конце последней и обошел их. В последний же день он оказался далеко впереди всех. Клифф сумел не только преодолеть весь путь от Сидней до Мельбурна в возрасте 61-го года и не умереть, но умудрился завоевать и первое место, улучшив рекорд трассы на 9 часов! Так он стал национальным героем! Вся Австралия полюбила 61-летнего картофельного фермера, который появился ниоткуда и победил. 875-км путь Янг завершил за 5 дней, 15 часов и 4 минуты. Не зная о том, что во время гонки нужно спать, на финише он сказал, что все это время представлял себе, что бежит за овцами и пытается убежать от разыгравшейся грозы. А когда Клифф получил свои премиальные 10 000 долларов, то сказал, что не знал, что за все это дают еще и деньги, мол, не за деньгами я бегал. Что, мол, есть еще пятерочка более крутых чем он бегунов, и раздал каждому по 2000. Для себя он не оставил ни цента. Австралия рукоплескала. Простой скромный Клифф совершил величайший подвиг и стал национальной сенсацией. Гонка вдохновения продолжается На следующий год Клифф Янг снова пришел на этот пробег и завоевал 7-ое место. Во время бега у него случился вывих тазобедренного сустава, барахлило колено, к тому же дала о себе знать надкостница на голени. Но с дистанции он не сошел. А когда же он был провозглашен победителем по духу и награжден новеньким Мицубиси Кольтом, то заявил: «У старины Боба Мак-Илвайна все получилось гораздо круче. Вот, Боб, тебе новенькая машинка», -- и передал тому ключи. Говорят, что Клифф Янг не оставил себе ни одного приза. Раз поклонники подарили ему часы, поскольку часов у Клиффа не было. Подарок он принял, потому что не хотел людей обижать, но тут же переподарил часы первому встреченому мальчишке. Он не понимал, зачем ему нужны часы – когда наступает день он и так прекрасно знал, и когда ночь, и когда нужно подкрепиться. О Клиффе снова заговорили в 1997-ом, когда ему был 76 лет. Это была его попытка стать старейшим бегуном на благотворительном пробеге по Австралии в пользу бездомных детей. Он преодолел 6 520 км из полагавшихся 16 000 км, но вынужден был сойти, поскольку его единственный постоянный помощник заболел. Его любовь к бегу не ослабевала. Но в 2000-ом после падения у себя дома в Гелибранде неделей позже после завершения 921 км в 1 600 км гонке, его беговые силы стали таять. Героические беговые дни переходили к закату. После длительной болезни легенда бегового мира Клифф Янг скончался 2-го ноября 2003-го в возрасте 81-го года. Сидней-Мельбурн сегодня «Шаркающая походочка» Янга была принята ультамарафонцами на вооружение, поскольку вызывала меньшее сопротивление воздуха при движении и меньший расход энергии. По крайней мере, три победителя пробега Сидней-Мельбурн использывали ее. Теперь на пробеге от Сиднея до Мельбурна уже почти никто не спит. Чтобы выиграть гонку, уже надо как Клифф Янг бежать и днем и ночью.

Ihori: проводился ежегодно с 1983 по 1991 годы. В процессе дистанция менялась от 860 км до 1060 км. Началом послужила заруба между двумя величайшими ультра -- Джорджем Пердоном (как говорится, из песни...) и Тони Рафферти на приз в 10 000 долларов, предоставляемых Джоном Толеманом. В первый год победителем стал Клифф Янг, в следующие 9 лет победителями были Джиофф Малрой, Янис Курос (5 раз), Дусан Мравлье и Брайан Смит. Вот раскладка бега Яниса Куроса на 12-17 апреля 1985-го, когда он первый раз стал победителем (в 28 лет). Старт 0 км: 10:30, 12 апреля, пятница -- Парраматта 190 км -- 9:30, суббота, отдых 30 минут -- Гулбурн 452 км -- 10:30, воскресенье, отдых 1 час 30 минут -- между Ясс и Гундагаи 620 км -- 13:00, понедельник, отдых 2 часа (из них сон 1 час) -- Албари 755 км -- вторник, отдых 30 минут (Беналла) 810 км – 13:30, вторник, отдых 2 часа (из них сон 1 час) -- Кампбельфилд 945 км – 11:30, среда, отдых 1 час + массаж Финиш: 960 км – 15:37, среда, итого: 5 дней, 5 часов, 7 минут, 6 секунд Данкастер Янг в этот раз сошел, как он сказал «из-за проблемы с легкими». По его словам в 19 лет у него был плеврит и двойная пневмония, и сейчас из-за перенапряжения дали о себе знать последствия. Он шел пятым, но не дошел до финиша 385 км. Призовой фонд в том году был 20 000 долларов. Янис взял и его, и еще дополнительные 7 500 за лидирование в предыдущие дни. Конечно, потрепали нервы и налоговики: 30% было взято с суммы 19 500 и 46% с отстака. На руки выпало только 17 740. Вторым в 1985-ом пришел Зиги Бауер с отставанием на 120 км. Сам Курос прикидывал для себя на все про все 6 дней, и очень удивился результату. В течение первых двух дней Янис придерживался специальной диеты, но потом это ему надоело, он перешел на греческие сладости, а утром перед Мельбурном даже выпил шампанского. Неудобство в беге у него вызвала холодная погода возле Канберры, что отдалось болью в ногах, а также несколько последующих волдырей на ступнях. Первый и единственный раз он сменил кроссовки уже почти перед Мельбурном. А вот что про это сказал д-р Терри Двайер из Национальной школы Общественного Здоровья и Тропической Медицины: «Человеческое тело не предназначено к ежедневному 150-км бегу подряд в течение 5 дней. То, через что атлеты проходят на трассе, не совсем хорошо для них. Их удерживает только чрезвычайный настрой. Есть конкретные подтверждения, что такого рода испытания деструктивны. Анализы крови указывают на повреждения мышечных волокон и даже на повреждения печени. Но имеет ли это длительное влияние и влияет ли на продолжительность жизни или склонность к болезням, тут мы можем только гадать».

Ihori: Три рода работ чтобы научиться слушать сигналы своего тела Лорен Моллер, ноябрь 2010 [BR]http://runningtimes.com/Article.aspx?ArticleID=21243 Принцип бега по ощущению -- один из пяти принципов, описываемых Лидьярдом, но его сопутствующая способность прислушиваться к телу, часто упускается и недооценивается в тренировках, особенно в том мире, где бегуны впадают в пучину возрастающей зависимости от технологий. Рассмотрим три приема, как развивать эту способность. Искушенный и опытный ветеран Симон Мартин был готов встретить свое 55-летие преодолением границы 5:00 сек/милю ( 3:06 сек/км). Но когда мы встретились в прошлом году, он выглядел озадаченным и расстроенным. Чем больше внимания он уделял деталям тренировок и чем с большим усердием он выполнял работы, тем медленнее он бежал и тем больше удалялся от поставленная цели. По всем расчетам результаты должны были быть лучшихе. Симон начал задумываться о «возрасте» и в этом начал видеть причину своих неудач. «Что на этот счет можешь сказать из Лидьярда?» - спросил он меня. На это я ему ответила, что когда атлет находится в поиске формы, постулаты Лидьярда советуют вернуться назад к основанию тренировочной пирамиды – легкому бегу – до тех пор, пока все не пойдет так как надо. «Начни бегать без часов», -- посоветовала я – «Забудь про время и расстояние и бегай так, как ты чувствуешь что это правильно. Хоть это и звучит странно, тебе лучше так и сделать». Симон мой совет принял, но сказал, что бег без часов – это «еще тот загиб». Сразу же обнаружилась дурная привычка поглядывать на пустую руку. И он осознал, насколько стал зависим от гарминовских показателей скорость/расстояние. Подобно многим бегунам он угодил в примитивную ловушку перетренировки, поскольку живая способность слушать свое тело оказалась утраченной. НАСТРОЙ Все бегуны чемпионского уровня могут настраиваться на сигналы своего тела настолько точно, что способны распределить силы на дистанции с точностью до секунды. У них нет времени во время бега отвлекаться на изучение данных монитора, созваниваться по мобильнику с тренером и ждать нужных инструкций. Корректировать темп своего бега по компьютеру это не для них. И все навороты технологий им не к чему. Их «внутренний компьютер» более искушен, быстр и точен. Звучит комично, но многие бегуны чувствуют, что вся картина бега начинает разваливаться, когда им приходится полагаться только на себя. Каждый же атлет-чемпион, без исключения, является экспертом по восприятию шепота своего тела и безошибочно сам контролирует свой темп и время. Но понимать язык тела и процессы своей физиологии может и должен каждый атлет. Такая программа изначально уже заложена в человеке, но в дальнейшем забивается социальными и другими факторами. Дети – естественные приемо-передатчики такого рода «шепота». Они если бегут, то бегут в удовольствие, замедляясь и ускоряясь согласно «показаниям их внутренних приборов». И происходит это естественно. А отсюда и не возникают травмы, болезни или неудобства. Но информационный и технологический «взрыв» современного мира неустанно долбит нас информацией извне и диктует, что мы должны делать и как. И происходить это начинает все в более и более раннем возрасте, и такого рода «маркетинг» все более уводят в никуда молодые умы. В результате появляется поколение, у которого в некоторой степени нарушается взаимосвязь между телом, умом и окружением. И их внутренние точные сигналы давятся шумом внешнего мира. Например, мне почти что хочется рыдать, когда моя 9-летняя дочь возвращается из школы с отметками в карточке ее физического воспитания, включая способность определять и контролировать интенсивность, частоту, время и тип физической активности при помощи технологий (вроде, мониторов сердечного ритма, цифровых тестов состояния, журналов и т.д.). Когда я чувствую несовместимость такого рода установок с сознанием ребенка, я теряюсь от сознания того, что изобретатели таких карточек не оставили графу для моих комментариев, где я могла бы описывать общее физическое состояние своего ребенка, ее возможности и склонности. Итак, бегуны сломя голову бросаются покупать разного рода современнейшие причиндалы и устройства, являющиеся бледной копией того, что уже природой заложено в каждом из нас. Наш мозг настолько многогранен, что некоторые его функции даже выходят за наше понимание. И если разобраться, то выражение «крути колесо, пока подшипники не заржавели» тут весьма уместно. Подобно мышцам, мозг тренируется в процессе, и если его не тренировать, то он «отсыхает». Исследователи нейро-деятельности человека при изучении навигационных способностей, например, обнаружили, что люди перестают пользоваться своими когнитивными картами как только приобретают джи-пи-ес. Так и бегун начинает терять свою естественную способность восприятия темпа, ритма, усилия и расстояния, когда начинает полагаться на внешний монитор. Что же касается детей, чей мозг еще находится в стадии развития, то их естественные мозговые связи начинают увядать, так и не проснувшись. К счатью научные исследования показывают, что когда дело доходит до умственной деятельности, нейронные связи крепнут за счет повторений, и каждый, кто подходит к поцессу настойчиво, может улучшить такого рода деятельность. И для многих бегунов возможно подключить вновь и/или развить свои «внутренние технологии» в процессе работ по ощущениям. К такому роду работ для понимания как настроить себя на восприятие на слабых сигналов своего тела относятся: медленный длительный бег, фартлек и пробегания отрезков туда-сюда. 1) МЕДЛЕННЫЙ ДЛИТЕЛЬНЫЙ БЕГ МЕДИТАЦИЯ Многие расценивают полезность базового периода программы Лидьярда как развитие аэробного метаболизма. Не меньшая польза от этого периода заключается и в достижении определенного состояния ума как, в медитации – внутренняя фокусировка, релаксация и снижение активности мозговых волн. Польза бега также и в ритмичном дыхании и постоянно чередующейся лево-право рук и ног, что позволяет входить в состояние полной задействованности мозга. Для скорейшего достижения такого состояния я настойчиво рекомендую медленный бег, предпочтительно на природе, без отвлечения на разговоры или музыку в наушниках. В течение нескольких месяцев подготовительного периода часто встречающаяся рассогласованность между направленностью ума и возможностями тела координируется. По мере согласования мы сможем быстро и точно начать давать ответы на вопросы «Так мне удобно?», «Как долго я могу удерживать такое состояние?», «Могу ли я начать перемещаться быстрее?» Еще одно преимущество достижения такого состояния скоординированности ума и тела в том, что тело наполняется гармонами радости, что в свою очередь усиливает эту связь. Успех на фазе более интенсивных тренировок и особенно уверенность бегуна на соревнованиях зависит от силы и надежности таких рабочих связей между телом и сознанием. ВЫВОД: Если вы не проходили базовую стадию, то проводите медленный длительный бег столько, сколько сможете. Положите себе на это не менее 12 недель без участия в этот период в соревнованиях. Не менее одного такого бега в неделю длительностью более 2 часов за раз и два бега поменьше -- по полтора часа. О ЧЕМ НУЖНО ПОМНИТЬ: -- Подчинитесь бегу и дайте ему вас захватить, не думайте о скорости, расстоянии и проч. -- Если заметите привычку поглядывать на часы каждые 5 минут или на каждой отметке прохождения расстояния, то оставляйте часы дома. -- iPod тоже нужно оставить дома. Немного тренировки и вашим приятным собеседником станет ваш внутренний голос. -- Через несколько недель такого подготовительного бега выносливость перейдет на другой уровень, как и согласованность ума и тела. 2) ФАРТЛЕК БЕГ-ИГРА Свободный фартлек (по-шведски -- «бег-игра») дает возможность бегуну изменять темп бега по ощущениям. В силу чисто экспериментального качества такой работы, фартлек использывался многоми величайшими тренерами как контрапункт более струтуризированных работ. Лидьярд часто рекомендовал его на всех фазах тренировок как свободную работу, дающую почувствовать различный темп без риска вбегания в анаэробную зону и последующего длительного восстановления. ВЫВОД: Нужно ввести один фартлек в программу еженедельных тренировок, начина с подготовительной фазы. КАК БЕЖАТЬ ФАРТЛЕК: Бежать, как бы, волнообразно, как щенок, который меняет свой темп от короткого спринта до трусцы, до среднего темпа, опять до трусцы, в зависимости от встречающихся ориентиров по ходу. Время и расстояние тут не играют никакой роли. Вы в своей воле сократить или удлинить любой участок так, как это покажется нужным. Такого рода тренировка длится от 30 минут до часа в зависимости от степени тренированности. О ЧЕМ НУЖНО ПОМНИТЬ: -- Основное тут почувствовать контраст различных темпов и согласовать медленные участки восстановления с быстрыми. -- Когда сможете фокусироваться на взаимосвязи между различными темпами, научитесь бежать с усилием, но без стресса и подстегивания себя отметками на промеренной трассе или показаниями часов. -- Основной тут упор на игру: если в таком беге отсутствует внутренняя улыбка, значит он делается не так. 3) ИНТЕРВАЛЫ ТУДА-СЮДА РИТМ И ТЕМП Когда мониторов еще не было Лидьярд применял систему, заставляющую бегунов измерять свой бег самим. В программе встречались комментарии: в четверть силы, вполсилы, в три четверти или в семь восьмых. Идеалистическая расшифровка говорила, что четверть – это одна четвертая часть максимального возможного усилия, также в полсилы – половину максимального возможного усилия и т.д. Семь восьмых означали работу с максимальным возможным усилием, но без финального спринта. Бронзовый олимпийский медалист 1960-го года Барри Магии, лидьярдовский протеже и успешный новозеландский тренер сейчас, считает, что даже в настоящее время эта система усилий является одним из важнейших элементов программы Лидьярда. Он вспоминает, что ему потребовалось около пяти лет, чтобы понять ее изюминку – то, что не легко или быстро для многих, всего лишь прогулка для некоторых. Только в последние годы он понял, что значит бежать тяжело или легко и в какой день, и как оценивать усилие и темп. Чемпионы это делают довольно точно. Чтобы у спортсменов появился навык, Лидьярд использывал интервалы туда-сюда на ровной местности с тем, чтобы человек мог разделить свой бег на две половинки и сравнить время на участке туда со временем на участке назад. Согласно этой концепции д-р Дик Браун, главный тренирующий физиолог 1980-х клуба Найк Атлетик Вест и тренер многих американских чемпионов, сделал участки туда-сюда элементом своих недельных тренировочных программ по системе Лидьярда. Работа была направлена на развитие у бегунов точного ощущения темпа, прежде чем они переходили на следующие работы на треке. «Научитесь понимать свое тело, - неустанно повторял Браун, - это ключ к любой гонке». ВЫВОД: Включите интервалы туда-сюда в одну из ваших недельных тренировок на базовом этапе. КАК БЕГАТЬ ИНТЕРВАЛЫ ТУДА-СЮДА: Эта работа основана на времени. Поэтому просто делите отведенное на задачу время на два, бегите до точки поворота, замерьте временной интервал, затем бегите назад и замерьте время на финише. Для этого участок должен быть одинаково удобен для бега в обе стороны. Ваша цель пробегать обе половинки как можно ровнее с минимальным расхождением (может вторую часть слегка побыстрее). Если есть желание, можно остановиться чтобы быстро снять пульс в точке поворота а также на финише, но на данном этапе это не так важно. Основной фокус на выработке ровного темпа на всей дистанции. По мере тренированности в такого рода работах можно заметить следующее: -- За тот же период вы начнете бежать быстрее; -- На бег до той же точки поворота требуется меньше времени; -- Или до точки поворота вы будете добегать с меньшим пульсом; -- С тем же пульсом вы станете пробегать первую и вторую половины быстрее. О ЧЕМ НУЖНО ПОМНИТЬ: -- Не надо замерять свой темп во время бега. Чтобы знать, где повернуть и сравнить время половинок нужны только часы. -- Если ровный темп установить не удается – значит начинаете слишком быстро. Это дорогая ошибка во время соревнований, поэтому упражнение нужно повторять регулярно до автоматизма. Равномерный темп – идеальный и эффективный прием при работах на длинных дистанциях. -- Если на интервале дует ветер или присутствует небольшой уклон между стартом и финишем, то более трудное направление нужно проходить в первую очередь. Это позволит возвращаться на второй половинке чуть-чуть быстрее, и заканчивать работы в более позитивном настрое. Медленный длительный бег, фартлек и участки туда-сюда чрезвычайно развивают «внутренние технологии» бегунов и дают веру в свои силы. И чем больше такая вера, тем ощущения становятся более надежными. Вера в себя позволяет атлетам ощущать любые тонкие отклики тела прежде чем они перерастут в вопли травм и усталости. Также она придает спортсменам уверенности на соревнованиях, когда бег должен превращаться в полет. Через 6 месяцев после своего разговора с Симоном я получила по электронной почте следующее: «После того, как я преодолел свою манию на отсутствие монитора, я заметил, что тело стало настраиваться на работу. Я полагал, что у меня все было под контролем, но стало очевидным, что свои внутренние чувства я передоверил монитору. Без внешних цифр время/расстояние я вынужден был настраиваться на свой темп самом, сам контролировать частоту дыхания, ощущение трудозатрат, восприятие работы ног, и неустанно держать это все в гармонии для ощущении комфорта. Иногда я замечал, что бегу очень медленно, но и это оказывалось полезным. До этого я постоянно поглядывал на монитор и старался выходить из так называемой зоны пустых миль». Симон сумел все рассчитать на весеннем старте международного кросса в Кемплупсе, Канада, с тем чтобы и успешно пробежать, и не заработать травму. В предыдущих двух забегах он трамвировался в каждом. Более того, он заметил, что бег без часов снимает напряжение. Как он отметил, «часы превратили меня в зомби, а когда я их забросил, мой бег снова стал приносить радость. Результа: Симон этот кросс выиграл. Как и любое достойное путешествие, путь Симона к поставленной цели был извилист, но окончился даже лучше, чем он предполагал. Многие другие бегуны не столь успешны и теряются в переизбытке информации. А выход назад из тупика заключается просто в остановке и вслушивании в неувядаемый шепот правды – в ту магию, что внутри нас. Лорен Моллер (LORRAINE MOLLER) – протеже Артура Лидьярда. Ее Марафоны Year Competition Venue Position Event Notes Representing New Zealand 1979_____ Grandma's Marathon_________Duluth, United States___1st_____2:37:37 1980_____ Grandma's Marathon_________Duluth, United States___1st_____2:38:35 1981_____ Grandma's Marathon_________Duluth, United States___1st_____2:29:35 1984_____ Boston Marathon____________Boston, United States___1st_____2:29:28 1984_____ Olympic Games_____________Los Angeles, United States__5th___2:28:54 1986_____ Osaka Marathon_____________Osaka, Japan_________1st______ 2:30:24 1986_____ Commonwealth Games_______Edinburgh, Scotland____2nd______2:28:17 1987_____ Osaka Marathon_____________Osaka, Japan_________1st______2:30:40 1988_____ Olympic Games______________Seoul, South Korea____33rd____2:37:52 1989_____ Osaka Marathon______________Osaka, Japan_________1st_____2:30:21 1989_____ Hokkaido Marathon____________Sapporo, Japan_______1st_____2:36:39 1991_____ Hokkaido Marathon____________Sapporo, Japan_______1st_____2:33:20 1992_____ Olympic Games_______________Barcelona, Spain______3rd_____2:33:59 1996_____ Olympic Games_______________Atlanta, United States___46th___2:42:21

Ihori: Что заставляет человека бежать более 1000 км за 6 дней и при этом спать каких-то два с половиной часа за все время? Ответ Яниса Куроса, величайшего из существовавших и существующих ульта-бегунов, -- мотивация. «Секрет» успеха Яниса, которым он щедро делится, на соревнованиях длительнее обычного марафона не в программах тренировок, диетах, генетической предрасположенности, беговой форме и т.д., а в том, что у бегуна находится между ушей. «Подобно дереву, которое крепится ветвями и корнями, мы должны искать способы и причины нашего вдохновения». Так советует Курос, обладатель 154 мировых рекордов на различных дистанциях, включая 12-ти, 24-х, 48-часовые, шестидневные, одиннадцатидневные пробеги, как и пробеги в 100 или в 1000 миль. Курос установил рекорд на 48-ми часах в пробеге Через Годы в Фениксе, где фактически он вел 72-часовой бег, вырвавшись вперед на 60 миль. И это на фоне недавнего рекорда в 643 мили (1 036 км) на 6-дневных бегах в 2005-ом, когда ему было 49 лет. Всегда добивающийся поставленной цели Курос уверен, что за 6 дней для него достижимы и 1 200 км. Во время бега Курос черпает вдохновение в своей любви к пению, написанию песен и стихов, живописи и литературе. Он состоявшийся музыкант и поэт, обучался музыке и современной греческой литературе в университете Ля Троб в Мельбурне, Австралия, куда эмигрировал в 1990-ом. Приехав в Австралию, Курос был настолько занят учебой, совершенствованием английского языка, постройкой дома для жены и двух дочек, что спал по получасу-часу в сутки. Родился он 13 февраля 1956-го в Триполи, Аркадия, Греция. С его слов он получил часть своих сил от отца, усердного трудолюбивого плотника, и матери, обладавшей тоже сильным характером. Детство свое он провел в основном у бабки с дедом. В доме была жесткая дисциплина. Бегать он начал в 16 лет, специализируясь на прыжках в высоту. По причине политических разногласий и за отсутствием правительственной поддержки ультрамарафона в Греции, Курос эмигрировал в Австралию, где был тепло встречен греческой диаспорой. Тренировки Куроса проходят не так, как многие их себе могут представить. И программу свою другим ультрамарафонцам он не рекомендует. Основной упор ставится на качестве. Он никогда не проводит на треке работы более 12 км. Обычно выполняет 6 х 2000, 2 х 6000 или 3 х 4000. А иногда, когда бывает очень жарко, то бегает только по 6 км. Он не накачивает мышцы снарядами и использует соревнования как разновидность своего длительного бега. И очень длительного – с этим не поспоришь. Курос утверждает, что во время соревнований он отделяет ум от тела, несмотря на то, что ум продолжает телу давать команды. «Боль – это реальность, но ум может вдохновить вас, экранируя боль. Я любуюсь пейзажами, обращаюсь к музыке и искусству. Это меня вдохновляет». Его тело разговаривает с ним – «стоп», «дай что-нибудь поесть» или даже «а сейчас веди меня к врачу!» По его словам «жизнь состоит из взлетов и падений, и эта правда также подходит и для ультрамарафона. Эти взлеты и падения нужны, чтобы вернуться назад к детству и пройти через жизненный опыт». Именно из таких, в основном болезненных периодов, Курос черпает нечто для своего вдохновения. Чем старше мы становимся, тем у нас больше жизненных впечатлений. «Чем человек старше, тем это лучше для ультрамарафона – ментальный опыт гораздо важнее физической скорости». Силу, энтузиазм и вдохновение Курос черпает в трудностях. Греческая литература ему дает то, что позволяет найти баланс между ментальностью, артистизмом и духовным богатством Аполлона и телесной приземленностью Диониса. Тем не менее, во время соревнований Курос держит ум открытым, чтобы контролировать калорийный баланс организма и общаться со своей группой поддержки. Иногда он говорит помощникам, чтобы те его не отвлекали по часу или по два, т.к. «когда кто-то меня начинает кормить, то это меня возвращает на землю, что иногда во время бега мне делать не хочется». Одной из невероятных особенностей Куроса является его способность накапливать калории в беге. Во время 6-дневного пробега из Сиднея в Мельбурн его потребление было зафиксировано в «Lore of Running» (энциклопедия бега Тима Ноакса). В первый день он принял 15 000 килокалорий, во второй – 12 000, в третий – 7 000. Во время бега «По стопам Филдиппида» (афинского древнего курьера) из Афин в Спарту (и обратно) протяженностью в 300 миль Курос потребил часть калорий в виде греческих сладостей, которые он принимал каждые 20 минут. Он лакомился пахлавой, свежим сладким кремом, медовыми пирожными. Много жира он не ел, в основном рацион состоял из углеводов. Но, несмотря на желание убавить вес за время гонки, он его даже немного прибавил. «Но секрет не в питании. Австралийцы углядели, что я ел во время бега и решили то же повторить в следующем году, но я все равно привез им 28 часов». На протяжении своей 30-летней карьеры раз в году Курос почти всегда брал трехмесячный отпуск. Обычно август и два последующих месяца, в зависимости от соревновательной программы. Во время отпуска он занимался житейскими делами, включая ремонт в доме, занятиями музыкой, рисованием. После соревнований он практикует активное восстановление, проводит массаж льдом или обливается холодной водой. Он говорит, что после 48-часового бега для мышц и стоп, которые разбухают от 9-го размера до 11-го, чтобы вернуть все в норму ему требуется день, а после 6-дневного бега – целая неделя. Уже позже Курос отметил, что после соревнований он чувствует нечто вроде депрессии. «Чувствуется разочарование, подавленность и мне кажется, что я не очень-то и многого добился. Но это-то и вдохновляет идти дальше». Так можно охарактеризовать то, что толкает его за предел его сил. Чтобы осознать этот предел, например, можно пересчитать 303 километра, преодоленные им за 24 часа, в средний темп – 7:26 минут на милю (или 4:37 на км), что соответствует марафону из 3-х часов. На шестидневнике Клиффа Янга осенью 2005-го в Австралии Курос установил 4 мировых рекорда, пробежал 643 мили (1 035 км) и улучшил свои рекорды 20-летней давности. Он характеризует свою способность стремлением «оставаться активным и созидательным и продолжать находить вдохновение». И у него это получается. http://runningtimes.com/Article.aspx?ArticleID=7582&PageNum=1 *********************************************************************** Пробег «По стопам Фидиппида», Афины-Спарта-Афины (2005) Поучаствовав в Спартатлоне 4 раза (самое медленное время было 21:50 по отношению к следующему быстрому времени 23:13), Курос отказался участвовать в следующем пробеге, мотивируя отказ тем что: -- Фидиппид бежал из Афин в Спарту и назад. Т.е. пробег должен проходить в оба конца. -- Трасса не совсем совпадает с той, по которой бежал Фидиппид. Поэтому в 2005-ом Курос организовал свой собственный пробег, поскольку считал его более правильным (на самом деле он отличался только горны участком и был немного длиннее). Старт был 29 сентября 2005-го в четверг чуть позже 18:00. Но начал он не из Афин, а из Спарты. И бежал в Афины, а потом повернул назад в Спарту. Возможно, тем самым он хотел захватить конец пелетона Спартатлона в Спарте – ведь основной Спартатлон начинался в 7:00 в пятницу 30 сентября. Временная отсечка – 36 часов. В один конец он пробежал за 21:27 и тут же повернул назад. Свой бег Янис закончил точно в полночь с субботы на воскресенье 2-го октября. На весь путь у Куроса ушло 53часа:43:11

ROM: Ihori пишет: (или 4:37 на км), что соответствует марафону из 3-х часов.

Ihori: Да, 3:15. Очевидно, автор статьи хотел немного "подбавить пару".

Ihori: А есть ли верхний предел скорости бега человека? Мэтт Фитжеральд из Running Times Magazine, ноябрь 2008-го В 2005-ом два английских исследователя опубликовали занятную статью, в которой излагалась математическая модель, предсказывающая скорый конец эры мировых рекордов. «То, что из этой модели следует – очевидно: человек просто не может улучшать результаты бесконечно», -- утверждает Алан Невиль, профессор здравоохранения из университета Волверхамптон, один из соавторов статьи. «Все же верхний предел скорости бега человека должен быть». Но со времени опубликования статьи (т.е. с 2005-го до 2008-го) рекорды еще продолжали улучшаться. Время на полумарафоне у мужчин улучшалось 3 раза. У женщин – 1. Рекорд на марафоне у мужчин тоже улучшался. На 5000 у женщин улучшения происходили не менее трех раз. Более того, и у мужчин, и у женщин действующие результаты еще не выглядят конечными. «Я уверен, что будущие поколения атлетов будут бегать быстрее, поскольку сейчас мы бегаем гораздо лучше, чем наши предшественники», -- это слова эфиопской спортсменки Тирунеш Дибабы, действующей рекордсменки на пяти тысячах. Так почему же, несмотря на предложенную модель, мировые рекорды на длинных дистанциях и многие национальные рекорды продолжают улучшаться? И есть ли в ответе на этот вопрос нечто, что помогло бы побить персональный рекорд лично вам? Этот вопрос был задан нескольким ведущим спортивным исследователям и тренерам. Вот что они ответили. Сперва новости плохие Каждый понимает, что прежде всего, чтобы в дальнейшем бить рекорды за счет правильных тренировок и длительного развития, бегун должен «выиграть в генетической лотерее». Ученые уже выделили некоторые гены, ответственные за выносливость. И каждый из них присутствует в организмах ограниченного числа людей. Например, ген R577X, которым обладают 18% населения, отвечает за метаболизм быстрых мышечных волокон в плане выносливости. С прошлого года ученые обнаружили 23 комбинации генов, что наделяют их обладателей выносливостью. Согласно Алуну Вильямсу из английского университета Манчестер Метрополитан, шанс рядового человека на обладание всеми ими составляет 0.0005%. И еще не исключено, что шансы наделения супер-бегуна другими, еще не открытыми генами, гораздо меньше. «Тем не менее, -- говорит тот же Вильямс, -- в связи с ростом и перемешиванием населения, вероятность появления одаренных индивидуумов повышается». Иными словами – с ростом массы населения число номеров в генетической лотерее с призом выносливости увеличивается. «Следовательно, -- следует вывод, -- по мере роста населения, мировые и Олимпийские рекорды будут улучшаться, несмотря на влияние внешних факторов, даже вне зависимости от качества тренировок и улучшения питания». Но этот ответ не тот, который хочет услышать рядовой бегун вроде вас и меня. Если основой хорошего времени являются хорошие гены, то нам тут ловить нечего. А теперь новости хорошие Одно дело сказать, что мировые рекорды могут быть переустановлены без внешних факторов, которыми может воспользоваться любой бегун вне зависимости от своей генетической предрасположенности. И другое – предположить, что внешние факторы не играют основную роль, но эксперты, с которыми я консультировался, такого предположения не делают. Более того, согласно их мнениям, существует четыре категории внешних факторов, благодаря которым бегуны мирового класса бьют рекорды как мировые, так и национальные. Вот такого рода уроки уже будут полезны и нам. Нет несущественных мелочей «Много чего влияет на мировой рекорд, -- говорит Ник Бидо, тренирующий австралийца Крейга Моттрана. Результаты: • 1500 metres 3:33.97 (Zurich, Switzerland, 08/18/2006) • Mile 3:48.98 (Oslo, Norway, 07/29/2005, Oceanic Record) • 2000 metres 4:50.76 (Melbourne, Australia, 03/09/2006, Oceanic Record) • 3000 metres 7:32.19 (Athens, Greece, 09/17/2006, Oceanic Record) • 2 miles 8:03.50 (Eugene, Oregon, 06/10/2007, Oceanic Record) • 5000 metres 12:55.76 (London, England, 07/30/2004, Oceanic Record) • 10,000 metres 27:34.48 (Stanford, United States, 05/04/2008) • 10 km (road) 27:54 (Manchester, England, 05/23/2004, Oceanic Record) Существенные улучшения стандартов мирового бега за последние 40 лет – результат каждого из многих факторов. И тут мелочей нет. Все вносит свою копеечку: и обувь, и поверхность беговой дорожки, и пейс-мейкеры, и тонкости тренировочного процесса, и влияние спортивных напитков на энергию по преодолению длинных дистанций. И нацеленный на рекорд элитный бегун должен учитывать их все, чем больше – тем лучше. Терренс Махон, тренирующий американского рекордсмена по полумарафону, Райана Холла (2007 - U.S. Half Marathon Record Holder - 59:43. Aramco Houston Half Marathon in Houston, Texas.), прекрасно это все себе представляет. Махон продолжает тренировать Холла, грозу будущих американских и мировых рекордов. Он говорит, что на дистанциях типа марафона, на фоне огромного количества факторов не так уж много можно чего сделать, и существенный вклад тут вносит элемент везения. Тут могут повлиять и такие незначительные детали, как небольшой ветерок, не достаточно агрессивный темп, или еще какая-нибудь мелочь, сводящая на нет месяцы тренировок и психологического настроя. Чтобы вероятность такого рода разочарований свести к минимуму Махон и Холл будут тщательно выбирать время и место, когда и где можно побить рекорд. Будут тесно работать с пейс-мейкерами и особенно усердно пытаться выработать у Холла чувство необходимого победного темпа. Но прежде, не менее двух лет они потратят на развитие у Холла нужных беговых качеств и на поиск оптимальной тренировочной программы. Поэтому в очередной попытке будет присутствовать весь тренировочный опыт и любая из ступеней их спортивного прогресса. «Полагю, я смогу переварить нагрузку, когда мое тело будет к этому готово», -- говорит Холл. «Мы пытаемся внести в процесс что-то новое из того, что раньше я делать не мог». Махон считает, что другие охотники за рекордами тоже работают в подобном направлении. Год за годом они тщательно развивают способности тела выполнять больше работы. Но они не просто усердно тренируются, они пытаются учесть любой из мельчайших факторов, дающих возможность сбросить с секундомера секунду или другую. Один из таких малых факторов, согласно Россу Такеру, доктору философии Кейптаунского университета из Южной Африки, -- темп бега. Такер скурпулезно изучил мировые рекорды за последние пятьдесят лет и сделал вывод, что улучшения темпа очень влияют на улучшение времени. «До 1970-го мировые рекорды всегда задавались быстрым стартом. Затем следовал медленный срединный период и яростный финиш. Сейчас картина меняется – для современного рекорда старт должен быть быстрым, но спокойную медленную середину атлеты себе позволить уже не могут». Такер добавляет, что многие спортсмены могут улучшить свое время просто за счет исключения «медленной середины». Но, опять же, лучший темп – это один из многих элементов, помогающих срезать секунду, а цель – научиться учитывать все. Тренировка – это наука. Пожалте одеть лабораторный халат Судя по дистанциям десяти видов, вчерашняя тренировка элитных бегунов выглядит неотличимой от сегодняшней. Но если рассмотреть процесс под микроскопом, то несомненно можно найти улучшения, влияющие на быстроту бега 21-го века. «Тренировки сердечной работоспособности, развитие лактатной и алактатной работоспособности, шлифование координационные навыков в последние годы здорово шагнули вперед», -- говорит Махон. «Наши бегуны высшего уровня более разносторонние, чем что были ранее. Тренеры используют научный подход и более разбираются в том, как стрессовые нагрузки воздействуют на тело. Они лучше себе предстваляют как организовать цикл с тем, чтобы атлеты тренировались усерднее и быстрее, но также и как объединить все элементы вместе для скорейшего достижения цели». По мнению Махона, современные бегуны более успешно перемежают тяжелую работу со специфическими попытками по достижению поставленных целей, тогда как бегуны прошлого делали больший упор на саму работу. Бидо в качестве ключевой разницы между тем, как тренируется Крейг Моттран и как тренировались такие величайшие атлеты Океании, как Джон Волкер и Рон Кларк в 1960-х и 1970-х, видит большую высокую степень точности тренировок. «Вместо того, чтобы просто выйти и все время бежать по ощущениям и по поставленным целям, Крейг иногда бегает строго по показаниям сердечного монитора. На треке он не просто усиленно бегает интервалы. Его работы направлены на развитие способности бежать в заданном ритме и темпе в зависимости от целевой дистанции». На вопрос привести характерный пример, как тренировки проводятся более точно, Махон ответил, что все его марафонские бегуны, включая американскую рекордсменку Дину Кастора, выполняют специальную марафонскую тестовую работу каждые две недели, чтобы замерить свой прогресс в достижении поставленных целей и быть уверенным, что вся их тренировка направлена на улучшение их способностей как марафонцев. В прошлом же, бегуны больше занимались объемными тренировками на выносливость, скоростными тренировками, тренировками на развитие ПДК, что тоже вело к прогрессу, но в силу недостаточной фокусировки усилий не в полной мере готовило их к соревнованиям. Некая выборка начинает бежать быстрее, а другие за ней тянутся В 2006-ом году испанец Хуан Гарсия-Манзо провел исследования и объяснил улучшения мировых беговых достижений комплексной теорией. Эта же теория использывалась для математического объяснения поведения больших динамических систем, таких как в рыночной экономике и климатическом мониторинге. В общем, она утверждает, что каждая система предполагает наличие инициаторов, притягивающих элементы системы для создания динамического порядка и стабильности. Гарсия-Мазо выдвинул гипотезу, что мировые рекорды играют роль таких инициаторов в мире спорта. «Случайное появление бегунов может способствовать появлению временной планки, лучшей чем та, которую существующие бегуны ставят своей целью. Здесь целевое время выступает в роли инициатора целей других атлетов». Иными словами, рекорд порождает рекорд. Тут связь двусторонняя, и достижение новой временной планки воздействует на поведение тренеров, бегунов и всех других участников системы. Тем самым в среде элиты генерируется понятие нового бегового уровня, что, в свою очередь, увеличивает вероятность появления новой беговой планки. Элементам системы не важно знать, как это все работает, им достаточно испытать на себе силу притяжения инициатора. Вот и все – принимайте цель в новом повышенном стандарте, а затем ищите постепенный путь ее реализации. Бегуны-рекордсмены очень хорошо понимают, как работает такая сила. Уокер, кто первым преодолел планку 3:50 на миле, обсуждал это с Ником Бидо в 1986-ом, когда Стив Крем поднялся до 3:46.42, а Валкер все еще бегал из 4:00 в возрасте 34-х лет. Бидо вспоминает, что был поражен, как Уокер все еще хорошо бегает в таком возрасте. Но Уокер говорил, что если бы вернуться назад в 1975-ый, когда ему было 22, и видеть рекорд 3:47, то он пробежал бы за 3:46. Но тогда рекорд был 3:51, и пробежать согласно тогдашнему настрою удалось только за 3:49. Отсюда вывод, что временные стандарты мощно влияют на наш бег. Они заставляют нас бежать быстрее, но и они же могут нас ограничивать. Если у кого-то есть желание полностью реализовать свой потенциал бегуна, то, прежде всего, ему надо захотеть превзойти свой персональный рекорд. Тирунеш Дибаба, после преодоления 5000 за 14:11.15, говорила, что ее желанием было улучшить мировой рекорд.

Editor: Ihori, спасибо! Очень интересно читать! Только Дина Кастор - это женщина (5-й абзац от конца).

Ihori: Дина Кастор (урожденная Deena Michelle Drossin) Победила в 2006 Flora London Marathon - 2:19:36 Но на Чикагском марафоне 2009-го расклад был другой: 1. Шобухова, РФ -- 2:25:56, вторую половину бежала на 6 минут быстрее первой. 2. Микитенко, GR 2:26:31 3. Григорьева, РФ 2:26.47 6. Кастор -- 2:28:50 Видимо сыграл один из тех факторов

Vald: Editor пишет: Ihori, спасибо! Очень интересно читать! Согласен ... Ihori пишет: в 1986-ом, когда Стив Крем поднялся до 3:46.42, а Валкер все еще бегал из 4:00 в возрасте 34-х лет. Бидо вспоминает, что был поражен, как Валкер все еще хорошо бегает в таком возрасте. Но Валкер говорил, что если бы вернуться назад в 1975-ый, когда ему было 22, и видеть рекорд 3:47, то он пробежал бы за 3:46. Но тогда рекорд был 3:51, и пробежать согласно тогдашнему настрою удалось только за 3:49. Как понимаю ,речь идёт о Джоне Уокере (NZ) , олимпийском чемпионе 1976 г. в беге на 1500 м и финалисте ОИ в беге на 5000 м (~5-6 место). Рост: 6'0" (183 cm) Вес: 163 lbs (74 kg) Дата рождения: January 12, 1952 in Papakura, Auckland, New Zealand Личный рекорд: 800 - 1.44.92 (1974); 1500 - 3.32.4 (1975); Mile - 3:49.4 (1975); 5000 - 13.19.28 (1986) Закончил соревноваться 1990 г. В 1996 г. Уокер заявил, что страдает от болезни Паркинсона. Одна из версий о причине -слишком частые перелёты между Новой Зеландии и Европой (при том, что в период соревнований он наверняка в Европе жил несколько месяцев в году ). Как бы ещё «в одну телегу впрячь …коня и трепетную лань» ? «Начни бегать без часов», -- посоветовала я – «Забудь про время и расстояние и бегай так, как ты чувствуешь что это правильно. Хоть это и звучит странно, тебе лучше так и сделать». Симон мой совет принял, но сказал, что бег без часов – это «еще тот загиб». Сразу же обнаружилась дурная привычка поглядывать на пустую руку. И он осознал, насколько стал зависим от гарминовских показателей скорость/расстояние. Подобно многим бегунам он угодил в примитивную ловушку перетренировки, поскольку живуая способность слушать свое тело оказалась утраченной. ____________________________________________________________________________ «Вместо того, чтобы просто выйти и все время бежать по ощущениям и по поставленным целям, Крейг иногда бегает строго по показаниям сердечного монитора. На треке он не просто усиленно бегает интервалы. Его работы направлены на развитие способности бежать в заданном ритме и темпе в зависимости от целевой дистанции».

Vald: Джон Уокер (1952 г.р.) в подготовительном периоде 1975 г. Фрагмент тренировки. Понедельник. 10 миль равномерно (56 мин.) Вторник. 11 миль по холмистому рельефу. Среда.18 миль по шоссе (1:48). Четверг. Утро. 11 миль равномерно. Вечер. Темповый бег -7 миль. Пятница. 10 миль медленно ( по траве). Суббота .15 миль равномерно -1:21. Воскресенье .20 миль по пересечённому рельефу ( 2 :00).

Ihori: Желание улучшить свой персональный рекорд должно быть не просто мечтой. Следует почаще мысленно возвращаться к цели при планировании тренировок. Нужно почувствовать эту силу и отдаться ее течению. Как раз это и обирается делать Махон с Холлом в своих попытках побить национальный американский и мировой рекорд в марафоне. «То возбуждение от стремления к новому рекорду будет сохранять его мотивацию (Холла) на многие годы», -- говорит Махон. А для того, чтобы при этом не упереться в верхний стандарт, следует ставить каждый новый персональный рекорд как новую цель. Сколько раз в своих интервью после очередного рекорда бегуны говорят, что могут бежать быстрее. Так, Хайле Гебрселассие после 2:04:26 в Берлине, еще не обсохнув от пота, заявил, что потенциал позволяет ему бежать по 2:03. Эти спортсмены выступают в роли поведенческих моделей для бегунов классом ниже. Вот, скажем, вы пробежались по личнику. Остановитесь, поздравьте себя с прекрасным выступлением и передвиньте планку своей цели немного вверх. «А уж с часами, -- как говорит Махон, -- можно соревноваться всегда». Да не ослабнет вера наша Другой аспект поведения бегунов-рекордсменов – мощная уверенность в успехе перед каждой попыткой. Холл утверждает, что причина последовательного улучшения рекордом в том, что "наши действия всегда следуют за верой". «Все больше и больше людей начинают верить, что они могут улучшить мировые достижения. И кто-то в этом обречен на успех». В число этих кого-то входит и Холл: «Я всегда верил в то, что господь Бог дал мне способность бегать вместе с лучшими бегунами планеты. Поэтому, когда я бегу с ними, моя работа отражает мою веру. Ум – это наиболее мощный инструмент, которым обладает бегун». Согласно Россу Такеру такая уверенность культивируется не на ровном месте. Она происходит из специфического тренировочного опыта, который отражает готовность бегуна показать то или иное время. Или, как поворачивает тему другой стороной Тирунеш Дибаба: «Когда я иду на попытку рекорда, это не просто мое спонтанное решение перед выходом на трек. Я осознаю состояние своей формы и свою готовность по тренировкам, анализирую свои показатели. Моя уверенность от это». У Такера есть развернутая теория, что развитие истинной веры в свои силы для достижении целей – самый важный результат тренировок. "Человеческий мозг – это сверхтонкий регулятор беговой деятельности и обмануть его касательно возможностей тела почти невозможно". Такер главный сторонник того, что основная работа мозга при выполнении максимальных беговых усилий -- предотвратить бегуна от серьезных травм, вызываемых перенапряжением. Это достигается за счет обечаемости порогу ощущения дискомфорта или за счет ослабления нервно-мышечных импульсов в цепи обратной связи тело-мозг-тело. При помощи механизма, называемого опережающей регуляцией, мозг постоянно просчитывает величину максимального темпа, который бегун смог бы благополучно выдержать до конца дистанции. Такой просчет осуществляет по сигналам обратной связи и по физиологическим ключевым точкам, таким как максимально возможная температура тела, целевое время, информация о ходе прохождения дистанции, данным, показываемым в тренировках, и по беговому опыту. Поэтому доминирующая роль тренировок в приобретении индивидуального опыта, который указал бы мозгу, что тело способно выдержать заданный темп на протяжении всей дистанции, но при этом не получить серьезных повреждений. Объяснении Такера следующее: «Каждый атлет, идущий на свой рекорд, бежит в темпе, превышающем тот, с которым ему доводилось бегать раньше. Если не было соответствующей тренировки, и мозг не обучен ощущениям, которые должны при этом возникать, и не знает, что можно выдержать, а что нельзя, то на среднем участке дистанции мозг даст команду замедлиться. При достаточной тренированности и наличии опыта регуляция по сигналам, входящим в мозг, позволяет атлету выходить на следующий беговой уровень. Бегунам Такер советует при планировании тренировок и ключевых работ постоянно учитывать развитие уверенности в свои возможности достичь специфических беговых целей. Вместо простого следования формуле тренировки или четкому выполнению того, что делают другие, следует учитывать и тренировочный опыт индивидуума и возможности его максимального использывания. Это позволяет поймать ощущение готовности к персональному рекорду, если тот даже и кажется немного выходящим за рамки. Согласно Такеру, такой подход применил тренер Франц Штампфл по отношению к Роджеру Баннистеру. После Баннистер установил один из замечательнейших рекордов в истории бега. (Сэр Роджер Баннистер, 1929. 6 мая 1954-го первым выбежал милю из 4 минут – 3:59.4). Штампфл понял, что для преодоления 4 минут, Роджер должен уметь бегать 10 x 400м за 59-60 секунд. Поэтому поворотным моментом в тренировках стали эти нтервалы. И отрабатывал их Роджер до тех пор, пока не стал укладываться в целевое время. Такер уже и не помнит, с чего Баннистер начинал. Возможно с 63-х секунд. Но постепенно показатели улучшились, Баннистер понял предназначение такой работы, что и позволило успешно проскочил под планкой в 4 минуты. Как лучшие делают нас лучше Зрелищные виды спорта, вроде футбола, и индивидуальные, типа бега, отличаются друг от друга. Многие фанаты футбола сами не играют, но почти каждый фанат бега бегает сам. Следовательно, мы не только восхищаемся величайшими бегунами мира. Мы также хотим от них чему-нибудь научиться. Понимание подлежащих оценке факторов, позволивших некоторым великим бегунам установить рекорды, поможет улучшить свое личное время и рядовым бегунам. И напоследок приведу слова Холла: «Величайшая притягательность бега в том, что любой человек может загореться идеей самосовершенствования. Прогресс легко имерить, и то, что сеется в тренировках, подходит к соответствующей жатве в соревнованиях. Помню, как отец всегда водил меня в старших классах в кафе-мороженное, когда мне удавалось пробежаться по личнику. Он утверждал, что это важно – отметить рекорд должным образом. В этом он был точно прав».

Ihori: Vald пишет: в одну телегу ... трепетную лань» ? Vald, думаю можно дать такое пояснение: 1) Это статьи двух разный авторов. А сколько людей -- столько и подходов. Каждая статья не догма, а повод к аналитике. 2) Также в них рассматриваются разные цели: если первая посвящена "возвращению к истокам и ощущению базы под ногами", то вторая -- тому, что нужно делать человеку с твердой базой. 3) Опять же все зависит от персонального тренировочного опыта. Тем не менее, вижу их некоторую перепевку касательно выработки ощущения готовности и тренировки мозга воспринимать сигналы обратной связи, затрагиваемых в " Как бьются..." -- Части 2 (продолжение). Благодарю за поправки и коментарии.

Ihori: Новый взгляд на тренировку нейро-мускульных взаимодействий Метт Фитжеральд Running Times Magazine, Октябрь 2007-го Каждый бегун, когда-либо участвовавший в соревнованиях, знаком с явлением, которое я бы назвал «липучка на дороге». Нередко под конец дистанции или по окончании тяжелых работ появляется ощущение того, что человек начинает бежать как муха по липкой ленте. Асфальт начинает ощущаться, как бы, покрытым клейкой смолистой массой. И если в начале бега стопы отскакивали от дороги легко, то теперь требуется с усилием их отрывать. И с каждым шагом это усилие возрастает. Как результат, начинает казаться, что время контакта стоп с дорогой удваивается по сравнению с тем, что было вначале. Исследования показали, что такое чувство не иллюзорно. Стопы действительно начинают «прилипать» к дороге, и мы погружаемся в усталость. Спортивные исследователи еще не полностью понимают механизм подобного крушения шага в результате длительного тяжелого бега, но видят его основу в области нейро-мускульных взаимодействий, т.е. в коммуникации между мозгом и мышцами. В ответ на «упреждающие» химические сигналы от работающих мышц к мозгу (сигналов о возрастающей мышечной закисляемости и о мышечных повреждениях), мозг включает защиту в виде ослабления сигналов электрической активности, подаваемых на мышцы. Тем самым мозг сохраняет внутреннее динамическое равновесие организма, но делает это за счет ослабления упругости шага. Новая модель беговой производительности и механизма усталости Эти исследованиия являются частью произошедшей в течение последнего десятилетия тихой революции в научном понимании беговой производительности и механизма усталости. Спортивные физиологи привыкли понимать эти термины в основном в плане энергетики. Бегуны улучшали свои показатели за счет улучшения способности потреблять кислород, следовательно для быстроты бега они могли использывать больше аэробной энергии, а за счет увеличения возможности больше запасать и накапливать углеводов они могли дольше пользоваться получаемой из них энергией. Сейчас исследователи больше склоняются к переосмыслению беговой производительности и механизма усталости в терминах зависимости формы шага от нейро-мускульных взаимодействий. Бегуны совершенствуются за счет увеличения шаговой мощности и экономии усилий, а также за счет способности поддерживать мощность шага и энергоэкономию на дистанции. И все их улучшения стали возможны врезультате совершенствования взаимодействиямозга и мышц. Усталость при этом рассматривается просто как невольное нарушение формы, вызванное снижением моторики мышц по сигналам от мозга. А сигналы мозга служат защитой бегуна от повреждений его тканей и органов до точки невозврата. В свете сказанного тренировочный процесс приобретает несколько иной вид. Каждая работа расматривается как возможность прочувствовать нейро-мускульные взаимодействия и отладить их с целью улучшения формы шага. Конечно, такая новая нейро-мыскульная модель беговой производительности и механизма усталости не призывает к полной трансформации тренировочного процесса, но привести к переосмыслению текущих тренировочных приоететов она может. Последние данные касательно роли нейро-мускульных взаимодействий в процессе бега и природы нейро-мускульной тренировочной адаптации указывают на то, что для каждого бегуна существуют пять тренировочных приорететов: 1) повторение, 2) вариации, 3) вход в зону усталости, 4) осознанный контроль, 5) попытка выхода на максимум. Повторение У многих детей некая способность бегать развивается примерно к трем годам. Они приобретают ее путем отработки двигательных схем, что позволяет постепенно выйти на эффективную форму шага. Те из нас, кто строят свое развитие на этой рудиментарной беговой возможности и в конечном счете становятся способным выдерживать сравнительно быстрые скорости на протяжении длинных дистанций, редко отдают дань уважения тому, на чем основано наше последовательное совершенствование – процессу повторения в отработке движений для выявления эффективной схемы. Частые повторения любого моторного навыка вызывают физические изменения в мозгу. В настоящее время ученые научились их обнаруживать. Например, недавно было замечено, что постоянная отработка спортивных движений способствует формированию оболочек липидной ткани, называемой миелином, которая предотвращают рассеивания нервных импульсов между мозгом и мышечными клетками подобно изоляции электрических поводов. Эти оболочки утолщаются как раз в тех местах, которые ответственны за передачу сигналов данного моторного навыка. Благодаря утолщению такого слоя миелиновой изоляции нервные импульсы проходят по нейронным клеткам быстрее и более точно во времени, в результате чего конкретное движение становится более мощным и эффективным. Этот процесс способствует росту участков мозга, задействованных в активации соответствующих мышц. Следовательно, если вы бегун, то объем таких тканей в мотонейронном центре мозга, у вас, возможно, большечем у обычного человека. А эти ткани нужны для активации мышц ваших ног. К еще одному изменению касательно развития моторных способностей, которое удается обнаружить, относится уменьшение активности работы мозга при выполнении соответствующих работ. Этот процесс указывает на прогрессирующее сокращение лишней ненужной работы задействованных мышц. В случае бега тренировки способствуют устранению мешающих воздействий мышц друг на друга. К мешающим воздействиям относится напряжение мышц-антогонистов на различных этапах бегового шага. Например, на фазе скручивания, когда бедро выдвигается вперед, в основном работают сгибатели в области тазобедренного сустава (мышцы, соединяющие бедро с передней частью корпуса). Их работа на этом этапе заключается в расслаблении и растяжении. Любое напряжение в ягодичных мышцах при выводе бедра вперед будет провоцировать сопротивление, вызывающее излишнюю нагрузку на сгибатели. Тем не менее, некоторая доля мешающего воздействия необходима всегда. Она нужна для стабилизации работы сочленений и для контроля движений, но менее опытный и менее подготовленный бегун такие воздействия не контролирует, что приводит к излишнему расходу энергии. Такие или подобные нейро-мускульные адаптационные возможности, проявляемые на разных этапах освоения мастерства, являются основой прогресса в спорте. Для этого движения должны оттачиваться снова и снова. Поэтому можно сказать, что единственный путь достичь результатов в беге это продолжать бегать. И бегать много. А насколько много? Идеально – до максимума, который может вынести организм без получения травмы и без уменьшения способности выполнять наиболее необходимые работы на высоком уровне (бег с высокой интенсивностью и длительный бег). Если следовать такому подходу осмысленно, то он позволит эффективно переваривать максимальные беговые объемы. А увеличенные возможности организма позволят бегать и еще больше. У многих их беговые объемы не такие идеальные, поскольку люди не желают или не могут посвятить больше времени тренировкам. Это нормально. Но выжать максимальный эффект из каждой мили можно и в этом случае. Для этого есть следующие четыре тренировочные приоритета. Начнем с вариаций. Вариации У некоторых существует «природная координация». Такие люди могут осваивать новые моторные навыки быстрее. Исследования, проводимые на основе моторики бросания летающих дисков в цель, показывают что подобные индивидуумы обладают врожденной способностью менять свою технику, и делают они это лучше, чем медленнообучаемые. Как результат, «координаторы» находят больше эффективных рабочих схем и быстрее отбрасывают неэффективны движения. Так как бег это комплекс моторных навыков, подобно бросанию летающих дисков, разумно предположить, что подобный подход приемлем и для бегунов. Мозг отдельного бегуна, возможно, обладает широким набором пристрастий в желании попробовать различные способы координации работы мышц. И те, кто обладает более живой склонностью к этому, обучаются новым эффективным навыкам быстрее. Но не зависимо от наличия природной координации, прогресс в постановке шага можно подстегнуть. Нужная форма выявляется самим бегуном на тренировках. Перебор различных типов бега заставляет нейро-мускульную систему проявлять творчество -- из различных схем мышечного задействования выбираются наиболее эффективные или такие, которые позволяют лучше противостоять усталости. Основной формой таких вариаций является темп, поскольку соответствующий темп определяет и соответствующие скорости, длину и мощность шага. Каждую неделю тренировки должны включать в себя попытки разнообразить интенсивность от медленной трусцы до максимума (рассмотрим это ниже). Однако, есть и много других способов. Так, тренировки должны включать в себя смесь усилий -- бег в горку, под горку, бег по различным поверхностям. Также возможны еженедельные сочетания бега босиком с бегом в обычной обуви. Если же погодные условия или особенности поверхности трассы не позволяют бегать босиком, то можно попробовать «минималистскую обувь», вроде Nike Frees или Vibram FiveFingers. Беговые упражнения, такие как бег на одной ноге (при котором внимание концентрируется на работе одной ноги в полной амплитуде, другая же выполняет только роль поддержки), бег с высокоподнимаемыми коленями. Все это вносит разнообразие. Прочувствовать усталость Одним из наиболее важных факторов, стимулирующих нейро-мускульную адаптацию для противостояния усталости -- это прочувствовать эту усталость в беге. В настоящее время ведутся усиленные исследования механизма такой адаптации. Было выявлено, что основным игроком процесса является медиатор иммунной системы под называнием интерлейкин-6 (IL-6). С беговой усталостью связаны два фактора: гликогенное истощение и мышечные повреждения. Они способствуют резкому повышению уровня IL-6. Или в двух словах – высокие концентрации IL-6 в мозгу вызывают чувство усталости. А если поподробней, то IL-6 координирует многие аспекты тренировочной адаптации организма – от повышенного сжигания жира до увеличивающейся степени противостояния мышечным повреждениям. Другой разновидностью нейро-мускульной адаптации на выносливость являются улучшения циркуляции работы мотонейронных узлов. Мотонейронный узел представляет собой связку мышечных волокон, приводимых единственным моторным нервом (α-MNs). Во время бега в рабочих мышцах одновременно задействуются только от 20% до 30% мотонейронных узлов. Но это не те 20%-30% узлов, которые активны на протяжении всего бега. Наоборот, многие мотонейронные узлы в работающих мышцах активируются только на различных этапах бега, и никакие из них не активны все время. Они вступают в работу попеременно. Пока одни работают, другие отдыхают и ждут своей очереди. Такая циркуляция позволяет бежать гораздо дольше, чем если бы какие-либо узлы работающих мышц были бы активны все время. Для максимальной нейро-мускульной адаптации тренировочная программа должна оптимально вводить спортсмена в зону усталости. Цель достигается тремя способами. Недельная тренировочная программа должна включать в себя три работы, вводящих организм в зону усталости. Обычно это темповый бег, сессия высокоинтенсивных интервалов и длительный бег. Если работ выполнять меньше, то вход в зону усталости будет недостаточен и нейро-мускульная адаптация не достигнет своего максимума. Если же выполнять такого рода работы более трех раз в неделю, то между ними будет накапливаться остаточная усталость, и каждая работа не сможет выполняться в полную силу. Вместо того, чтобы делать в неделю более трех работ, можно обеспечить вход в зону усталости более продуктивно за счет добавления в программу коротких восстановительных работ. Такие работы достаточно мягкие, и они не будут препятствовать восстановлению от предыдущих тяжелых тренировок. Но так как начинаться они будут в состоянии недовосстановления(менее, чем через 24 часа после тяжелых), то внесут свой вклад в восприятие усталости, несмотря на свою непродолжительность и медленный темп. Третий способ вхождения в зону усталости – интервальные работы. Периоды восстановления между высокоинтенсивными интервалами позволяют задействовать больше общего времени бега с высокой интенсивностью, чем если бы такой бег выполнялся единовременно. Продолжительность каждого бега с анаэробной интенсивностью должна быть ограничена во времени. Осознанный контроль Согласно общепринятой точке зрения техника шага, более или менее, не тренируема. Естественный шаг бегуна – это то, с чем ему бегать всю жизнь. Такое утверждение явно ошибочно. Если достаточно настойчиво тренироваться, то можно освоить любую манеру бега: с упором на одну ногу, с поднятыми над головой руками или еще как-нибудь. Существуют определенные характеристики формы шага, наблюдаемые почти у всех лучших бегунов и присутствующие редко или отсутствующие совсем у бегунов простых. Поэтому рядовым бегунам для улучшения эффективности их бега желательно эти особенности перенимать. Во многих видах спорта систематическая постановка техники через сознательное подражание мастерам (будь то теннис, горные лыжи или баскетбол) – вещь достаточно рутинная. Подход осуществляется в виде двухступенчатого процесса нейро-мускульного переобучения. Первая ступень – это экспериментирование, во время которого атлет осознанно прокручивает конкретное движение с тем, чтобы переломить устоявшуюся в его мозгу схему и случайно выйти на шаблон, применяемый ведущими атлетами. Вторая ступень – это повторение нового движения еще и еще раз до тех пор, пока оно заменит старую технику, и не будет выполняться автоматически, т.е. пока оно не отложится в моторном центре мозга человека. То же могут делать и бегуны. Для этого на каждой фазе каждого бега необходимо осознанно контролировать хотя бы один из элементов шага с тем, чтобы приблизиться к шаблону ведущих атлетов. Наиболее эффективны для этого проприэцептивные ключи (т.е. осознанные элементы, основанные на восприятии своего тела). Они применяются для улучшения техники во многих видах спорта, включая плавание и гольф. Практически это мысли и ощущения, на которых фокусируется атлет во время выполнения конкретного движения и которые помогают ему контролировать это движение в нужной форме. Существует много проприэцептивных ключей, которые можно использывать для того, чтобы подогнать свой бег под бег элиты. Данная статья не охватывает все ключевые характеристики элитного бега и не рассматривает проприэцетивные ключи для культивирования таких характеристик. Здесь я остановлюсь на наиболее распространенных и дорогостоящих ошибках, наблюдаемых у неэлитных бегунов. Это чрезмерный вынос ноги вперед, удары по земле пяткой выброшенной ноги вместо того, чтобы ставить стопу на всю подошву под бедром. Чрезмерный вынос – это общераспространенная ошибка, и вызывается она не столько недостатком координации, сколько беговой обувью. Если бежать босиком, то перейти на чрезмерный вынос не получится, поскольку так можно сразу же отбить пятки. Амортизация же беговой обуви, похоже, вводит в заблуждение проприэцептивную систему организма, что толкает до 80% бегунов выбрасывать ногу далеко вперед. Чрезмерный вынос наблюдается менее чем у 10% элитных бегунов. К счастью, можно себя обучить не выкидывать чрезмерно ногу вперед даже если бегать в обуви. Вот два проприэцептивных ключа, которые могут в этом помочь: Падение вперед: При беге наклоните тело слегка вперед. В пояснице не прогибаться! Наклон проводить от лодыжек. После того, как удастся прочувствовать этот проприэцетивный ключ, следует свободно откинуться еще больше вперед до ощущения, что еще немного и упадем лицом вниз. А после этого – наклон ослабить до комфортного контролируемого состояния, но ощущение того, что гравитация тянет вас вперед при этом не должна пропадать. Небольшой наклон всем телом вперед способствует тому, что стопы ставятся на одной линии с бедрами. Тянем дорогу: Представим, что наша трасса – это гигантская механическая беговая дорожка. По такой дорожке можно бежать за счет вытягивания на себя ее ленты ногами. Теперь вообразим, что то же самое происходит, когда мы бежим по улице. Вроде как вперед и не бежим, а имитируем бег вперед за счет протяжки назад самой дороги с каждым шагом. Этот проприэцетивный ключ научит нас начать подтягивать ноги перед постановкой стопы, и стопы будут приземляться больше за корпусом, чем впереди него. Включение в еженедельную тренировочную программу бега босиком даст автоматический навык приземления на всю ступню даже быстрее, чем вышеописанные проприэцетивные ключи при беге в обуви. А переключение на некоторых тренировках на минималистскую беговую обувь, вроде Nike Frees или Racing Flats еще больше укрепит навык не втыкать пятку – ведь это больно. На максимуме усилия Нередко считается, в беге на длинные дистанции мощность не нужна. Но это не совсем так. Под мощностью тут подразумевается мгновенное приложение силы. Бегуны прилагают силу к земле стопами. Чем большая будет эта сила, и чем ее приложение будет кратковременней, тем быстрее мы будем продвигаться за каждый наш шаг. Бегуны на длинные дистанции никогда не бегут с приложением максимальной силы. Тем не менее, очень полезно регулярно включать в свой тренинг попытки такоро рода бега. Это поможет немного увеличить мощность нашего шага. Но, что является более важным -- это придаст нам мощность (а равно и скорость) на соревнованиях. Есть несколько специфических нейро-мускульных адаптационных факторов для увеличения мощности шага. Наиболее важный – увеличение числа мышечных волокон в группе работающих мышц, которые мозг может задействовать единовременно. Когда мы заставляем мышцу сильно сжиматься, например, когда хвастаемся бицепсами, можно предположить, что все нужные волокна при этом зактивированы. Но на самом деле это не так. Средний человек, напрягая мышцу, может активировать в ней едва ли половину волокон. Тренировки на максимуме усилия в работающей мышце увеличивают число волокон, которые могут быть активированы одновременно. Отсюда и максимальная выходная мощность. Другим фактором нейро-мускульной мощностной адаптации является повышение КПД нейронной сети. Этот КПД отражает время, проистекающее от момента, когда мозг формирует команду мышце на сокращение, и моментом, когда это сокращение начинается. Надлежащая тренировка сокращает этот промежуток, давая мышце возможность прикладывать силу более быстро. Наиболее безопасный и эффективный способ игры с максимальной мощностью – это ввести в тренировки дважды в неделю короткие (10-секундные) спринтерные ускорения в крутую горку. Начнем с одного ускорения с последующим легким бегом. Это заставит напрячься некоторое число волокон, что в свою очередь запустит нейро-мускульные изменения с целью защитить наши мышцы от перенапряжения при следующем спринте в горку, который мы будем проводить тремя днями позже (и опять же с последующим легким бегом). Продолжаем делать спринты в горку два раза в неделю, каждый раз увеличивая их число на один в одну неделю. Доведем число до 6 или максимально до 10. Когда достигнем максимального количества и научимся его комфортно переносить, сократим сессию в горку до одной в неделю и будем работать в таком режиме до соревнований. _________________________ Об авторе: Метт Фицжеральд (Matt Fitzgerald) Метт Фитжеральд впервые почувствовал потребность в беге на длинные дистанции в 11 лет, после того, как увидел своего отца, штурмующего Бостонский марафон. Тремя годами позже суровая травма колена при игре в футбол, вынудила его уйти из футбола, и бег стал его единственным спортивным направлением. В старших класса школы он вывел свою команду по кроссу в звание чемпиона Нью-Хемпшира. Далее Метт перегорел и бросил заниматься бегом, решив в соревнованиях больше не участвовать. Он ушел в вейт-лифтинг, прибавил 70 фунтов (около 32 кг) и достиг жима в 206 фунтов (93 кг). Но судьба распорядилась иначе: в 1995 году прежний послужной список Метта помог ему стать писателем для спортивного журнала на темы выносливости. Это подтолкнуло его снова постепенно набрать форму. В 1997-ом Метт принял участие в первом триатлоне. Дебют дался тяжело – он пришел почти что последним. Но процесс зацепил. Он приобрел подержанный велосипед, стал ходить в местный бассейн и начал тренироваться уже серьезно. Постепенно Метт стал одним из ведущих триатлетов и бегунов среди любителей в Калифорнии. С 2000-го Метт зарабатывает на жизнь как писатель-фрилансер в изданиях «Менс Фитнесс» и «Аутсайд». Не так давно он стал тренировать бегунов и триатлетов в режиме он-лайн в рамках Carmichael Training Systems, организации, основанной великим Ленсом Армстронгом, персональным тренером велосипедиста Криса Кармитчела. В 2003-ем Метт решил поучаствовать один сезон в триатлоне среди профессионалов и написал книгу о своем опыте.

Ihori: С.Петрович пишет: ...(Куц и Болотников,Братья Знаменские) в детский сад не ходили, тяжелое бремя войны, военное (послевоенное) детство, недоедание, питание лебедой и другими натурпродуктами, голодомор, поволжье, блокадный Ленинград. Рыбий жир без жира. и прочее... Вот как описывается заруба 1956-го на Олимпиаде в Мельбурне (из RunningTimes): С одной стороны -- Владимир Куц, человек из стали с обратной стороны железного занавеса, советский солдат, постоянно тренирующийся атлет, известный своими деструктивными порывами, новый обладатель мирового рекорда на 10 000, с суровым и жестким выражением лица и взрывной конституцией. С другой стороны -- Гордон Пири, проворен и быстр, душка и любимец английских болельщиков, побил Куца и стал чемпионом мира на 5000 за пять месяцев до Олимпиады, худой и истонченный, противник официозов и пока сторонящийся обожаемых им журналистов. Они схлестнулись, как пара известнейших гладиаторов, в лучах заходящего солнца на просторной гаревой дорожке Крикет Граунд в Мельбурне. На девятом круге Пири мог удерживать рекордный темп спортсмена из Украины и справлялся с его спурт и джоггинговыми порывами. Более, чем на 13-ти безжалостных кругах Куц усыплял внимание противника и взрывался, и взрывался снова. И все – только затем, чтобы увидеть длинную проворную тень Пири впереди себя, каждый раз когда они пробегали по финишной прямой. Наконец, пришло время Куцу осознать. Он почти что остановился, махнув Пири – двигай вперед. Потом Пири говорил: «Мне надо было посмотреть ему в лицо, чтобы понять, тяжело ли ему также, как и мне». И то, что он увидел, была маска глубокого разочарования и ослабшее безвольное тело. Еще пара кругов – и Пири набрал свою превосходнейшую скорость. Мимолетный контакт глазами и Пири получает смертельнейший удар. Куц, в конце концов, прорвался и вышел на Олимпийский рекорд 28:45.6, даже выбежал из своего мирового рекорда. Пири изумленно прошаркал четыре раза по широкой, со срезанными краями, восьмерке. Потом они обнялись.

Ihori: Изначально все бегуны прошлого работали посланниками и курьерами Декабрь 2010 Running Times Magazine Неустрашимые, преданные, хорошо тренированные бегуны издревле покрывали огромнейшие расстояния, чтобы передавать царские указы, военные команды, судебные повестки, оповещать о новостях, доставлять любовные послания и разного рода другие текстовые, и не только, сообщения. Институт гонцов-посланников существовал по всему миру с незабвенных времен, когда человечество еще не обзавелось разветвленной сетью железных дорог. Гонцы были незаменимы в гористой местности и областях, лишенных водных путей сообщения. В 490-ом году до Рождества Христова только бегун мог доставить сообщение между Афинами и Спартой. И все мы его знаем. Это известный Фидиппид, 2500-летний юбилей которого и отмечаем. Само слово «курьер» по латыни означает «бегун», от него же происходят слова «курс» (это то, что задает направление нашего бега), «курсор» (то, что бегает по экрану нашего монитора). Упоминания о гонцах-посланниках уходят вглубь веков. Так еще в 1080 до Р.Х. «один Вениамитянин» пробежал 42 км, чтобы доставить известие о поражении израильтян от палестинцев (см. Книгу Царств-1, 4:12). Гонцы турецкого султана регулярно бегали между Константинополем и Адрианополем за двое суток. А это около 200 км. Курьеры еще доиспанского Перу за тысячу лет до Pony Express имели рассылочную систему, и в среднем преодолевали по горным дорогам по 150 миль (240 км) . Они доставляли бакалею (мясо, дичь, фрукты) от побережья в горные селения, а также переносили и сообщения. Вот отправь ту же рыбу на осле – и она протухнет. В Японии времен сёгуната был известен клан ХИКЯКУ – гонцов, бывших «первой японской беговой элитой». Они создали разветвленную информационную сеть от Эдзо (сегодняшний Хоккайдо) на севере до Нагасаки на юге. Переходы (перебеги) были по 80 км. Сегодня известные японские бегуны, как мужчины, так и женщины, тоже бегают по маршрутам хикяку. Европейцы в 19-ом веке были шокированы, узнав, что даже в суровые зимние дни хикяку носили только тонкую набедренную повязку и соломенные сандалии. Но некоторые из европейских бегунов-скороходов были в этом плане тоже минималистами. Так, английское описание скорохода от 1615-го года утверждало, что «он больше согревается своим теплом, чем теплом одежды». Некоторые из них носили короткую юбку-кильт, и «девушки нашей деревни в восторге глазели на скорохода с голыми ляжками и ягодицами, несущегося по грунтовой дороге». Наиболее известными курьерами Европы были баски. Как и английские скороходы, они первыми перешли в разряд соревновательных бегунов, специализирующихся на длинных дистанциях и в горном беге (так называемые «коррикаларис»). И это неудивительно, поскольку баски живут в горах. Другим местом, славящимся как родина бегунов-гонцов, является Бокъодзи в Эфиопии. У Киплинга есть замечательное стихотворение, посвященное бегунам Индии, -- «Сухопутная почта» («…и даже тигр хвост поджал…»). Известна и байка про одного австралийского аборигена Черного Энди, который служил на ферме в Новой Зеландии в 1860-тых. Энди регулярно доставлял почту между Южным Кентербери и Кристчорч. При этом на 100 миль (160 км) по грунтовым дорогам с преодолением нескольких бурных рек у него уходило менее 24-х часов. Зная за собой слабость к бренди, Энди, во избежание соблазнов, брал себе за правило ночи проводить в камере полицейского участка Кристчорч. Мало кого из этих сверх-выносливых бегунов мы знаем поименно, но в полном смысле слова можем их считать пионерами нашего бега.

Ihori: Эти баскские скороходы Энди Милрой (Text © by Andy Milroy) Первое упоминание о басках как о бегунах относится к началу 16-го века. В то время, по крайней мере, в Англии и во Франции, а также и в Испании, среди аристократии было модным нанимать бегунов для передачи сообщений и для пешего сопровождения их карет. Во Франции для этого обычно подбирали басков. Тогда же и появилась поговорка «бегает как баск». Так что, по крайней мере, с начала 16-го века баски служили бегунами на длинные дистанции. У Рабле Грангусьер-Большая Глотка посылает своего баскского лавея найти Гаргантюа «в мгновение ока». В конце того же 16-го века автор писал: «Из страны Беарн происходят лакеи, которые подходят для бега наилучшим образом». Другой писатель 16-го века – Анри Этьен – каждому, кто ищет возможности пустить пыль в глаза тем, как быстро доставляются его письма, рекомендует использывать для этого «вашего баска, который несется как ветер». В 1566-ом году лакей виконта Франсуа Армана де Полиньяка пробежал от Ле Пью до Парижа (дистанция в 100 лиг, или в 400 км) и назад за семь с половиной дней. Слово «лакей» в то время было почти что синонимом слову «баск». Король Франции Анри VI был родом из Беарна/Наварры, и возможно, поэтому в 1592-ом году в его правление в Реймсе было проведено первое задокументированное соревнование по бегу на расстояние 82 километра. Основной работой тех баскских бегунов было служение своему господину по хозяйским делам. С наступлением Французской революции в 1789-ом и с падением старого режима привычка найма басков в качестве бегунов-скороходов сошла на нет. Забеги-соревнования коррикалари Как утверждает эксперт местного спортивного движения басков Рафаэль Агьере Франко, первые соревнования в области проживания басков начали проводиться в 18-ом столетии. Некоторого рода соревнования по бегу существовали и до этого, но КОРРИКАЛАРИС – матчи между двумя бегунами – начались именно когда потерявшие работу бывшие скороходы вернулись на свою родину и стали между собой заключать пари на то, кто из них лучший бегун. Первые упоминания о коррикалари появляются с началом борьбы за денежные призы на праздниках Эскара (так называется язык басков). В 1833-ем году некий Олаберрия из Элгоибара ухватил второй приз в размере 160 реалов на соревнованиях в Маркина, Бизкайя. На соревнованиях 1883-го года в Маркина-Лсемейн приз в 240 реалов был поделен между Малаехеверрийя и Антонио Еханизом. Возможно, что Малаехеверрийя был всего лищь спортивный псевдоним Антонио Еханиза. В это время появилась самая известная семья коррикалари – это семья Игарабиде, называемая Хуанагорри по названию их фермы. Все фермы в стране басков были под собственными именами, а проживающие там люди были известны по этим именам. Главой этой семьи был Доминго Игарабире, 1829 г.р., из Бетелу, Наварра. Это был человек, известный своей выносливостью. Он принимал участи в популярнейших соревнования по покосу травы (еще один баскский вид спорта) и по бегу, был известен своей победой на горном маршруте в оба конца между Бетелу и Виллафранка де Ория. Его сыновья Мартин, Мигуэль, Сантьяго и Антонио были также коррикалари. Традиционно баскские забеги были длинными: никогда не менее 10 км, а обычно по 20 и более, иногда и по 100. Соревнования, включая и пари между двумя бегунами, проводились в определенном направлении параллельными курсами, что стало наблюдаться потом и в Англии в 17-ом веке. Но такие баскские соревнования под собой подразумевали не только выявление более выносливого соперника, но нахождение более короткого пути между пунктами А и Б. Фиксированного маршрута не было. Были только старт и финиш, что позволяло бегунам понапрягать и свои извилины. Когда такого рода турниры стали достоянием публики, муниципалитеты городков стали оказывать помощь своим местным коррикалари. А чтобы при этом предотвратить предвзятость, были разработаны специальные правила. Это способствовало развитию духа соревнования не только между двумя оппонентами, но и со временем, установленным на данном курсе в предыдущих забегах. Международные соревнования По-видимому, по крайней мере, одни из баскских коррикалари решил поискать счастья за пределами своей родины. В 1855-ом году испанский бегун Антонио Генаро, и это имя было известным в баскских кругах, появился во Франции. Он вызвался соревноваться с беговой лошадью в длинном забеге на ипподроме Лонгшамп в Париже. Соревнование длилось около 6 часов. Потом Генаро поехал в Англию и 1-го января 1856-го года участвовал в четырехчасовом матче с Джорджем Фростом на тему, кто пробежит за указанное время большее расстояние. На 10-ти милях (16.1 км) с отметкой 1:07:15 они шли рядом. На 14-той миле (22.4 км) Генаро остановился, а Фрост на отсечке 1:38:02 был объявлен победителем. Британские обозреватели были уерены, что Генаро вынужден был остановиться, поскольку он бежал после сытного обеда. Сам он заверял, что совсем не устал. Генаро очень хорошо помогали испанцы, живущие в Лондоне. Говорили, что перед забегом 32-летний Генаро курил сигару и был одет в матадорский плащ, украшенный лентой. К сожалению, происхождение Генаро неизвестно, а дальнейшая его судьба теряется. Но удя по имеющимся данным, он был традиционный бегун-баск. Соревнования коррикалари в XIX веке Во времена второй Карлистской войны (1872-1876 – гражданская война, начавшаяся из баскских провинций) никто не мог победить коррикалари Санта Круз. Егод рекод был достоин восхищения – путь от Лесака до Ируннеа он реодолел за полдня, и при этом проявил замечательные горно-восходительные способности в Уркиола алентурс. Временами его сопровождали солдаты, бежавшие за ним. В числе соревнований коррикаларис в XIX веке была 124-километровая гонка Толоса-Памплона-Толоса. Участники были одеты в традиционные широкие рубахи, сандалии, длинные брюки и подпоясаны кушаками. Другая известная гонка в Бискайе (баскской провинции на севере Испании) была на участке Дуранго-Бибао, иногда в оба конца. В конце века соревновательные расстояния увеличились – например, от Айя до Гетарии и обратно. Здесь пробовали свою выносливость многие баскские атлеты, но в 1908-ом году «Напар-зарра» показал свое абсолютное превосходство. Напар-зарра был беговой псевдоним Франциско Эхарри. Он побил француза Невена в 1907-ом году в беге по арене для боя быков Доностия – Сан Себастьян. Его раззадорили на соревнование с отцом и сыном Хуанагорри на участке Айя-Гетария-Айя. Семейка Хуанагорри выступала в гонке в режиме эстафеты, но Эхарри вышел против них один и победил. Но если под именем отца Хуанагорри скрывался Доминго Игарабиде, то ему было под 80 лет. Другим известным забегом была так называемая «Лекумберийская лига» (6 040 метров). Считалось, что ее нелья было преодолеть менее, чем за 20 минут. Маршрут был трудный, в горку от Лекьберри до Азприоз Пасс (сейчас рекорд принадлежит Андресу Пересу – 17:31). 17-километровый участок от Биллабона до Айя тоже входил в число некоторых испытаний. В самом конце века наблюдался растущий интерес к многодневкам от точки до точки во Франции. В октябре 1903-го 64-летний коррикалари Маркестан из Ангелу, Лабурди, отправился от Бордо до Парижа, покрыв 600 километров за 6 дней. А сама 611-километровая гонка Бордо-Париж была организована в ом же 1903-ем. Победителем стал Франсуа Пежо со временем 114 часов и 12 минут. Вторым пришел Эмиль Антуен. Не исключено, что и Маркестан тоже принимал здесь участие.

Ihori: Бега по арене для боя быков В начале XX века индустриализация Баскской области вызвала миграцию населения в городские районы. Но народ в глубинке на своих местных фиестах все еще жаждал наблюдать соревнования коррикалари. Индивидуальные матчи между участниками перешли в разряд массовых зрелищ. Поэтому и организовывать их стали на более компактных участках. В 1903 году были воздвигнуты арены для боя быков в Сан Себастьяне, Толосе, Азпеития и Эйбаре, и беговые матчи с той поры начали проводить на сооружениях, подобных им. 24 июня 1906 года коррикалари Себастьян Лаза из Алегии мерился силами с Хуаном Бахо в Эррентерии, перед полем для игры в пелоту. А позднее, в 1911 году, гонка в Эйбаре, действительно, перешла на арену для боя быков – круг в 133 метра длиной, внутренняя часть которого была обнесена колышками. Коррикалари под имененм Гарринада, одетый в футболку с вертикальными темными и белыми полосами и в шорты, пробежал 60 кругов, или 8 километров, за 25 минут. Установленный за 7 лет до этого мировой рекорд английского средневика Альфа Шрабба на треке 8 миль (~5 км с небольшим гаком) был 24:33.4. В подобного рода полосатых футболках выступали и некотрые другие коррикалари. Возможно, поэтому местные футбольные клубы Бильбао и Доностия тоже одеваются в полосатый верх. Некоторые баски соревновались не только в беге. Например, Хозе Мария Иризар из Бейзама, Гипузкоа, также был еще и АИЗКОЛАРИ, или дровосек. Во время известных соревнований в марте 1912-го он, прежде чем пробежать 14 километров по арене, перерубил двадцать 54-сантиметровых бревен. Испанские чемпионаты по бегу на длинные дистанции Испанская Атлетическая федерация с самого начала столкнулась с традиционным тотализатором – теми же пари в матчах коррикалари. И ей не оставалось ничего более разумного, как воспринять подобный полупрофессиональный подход толерантно. Возрождение Любительских Олимпийских игр в 1896 г. постепенно привело к появлению в Испании группы бегунов-любителей, отдельных от коррикалари. И сведений о том, что эти принимавшие участие в международных матчах баскские бегуны высшего класса также участвовали и в коррикалари, мы не найдем. В 1917-ом году (когда «в отдельно взятой стране» зрели идеи «о мировой революции») был проведен первый Испанский Атлетический трековый чемпионат. Превосходство на дистанциях от 800 до 5000 метров выказал Хуан Мугуэрца, бегун с баскскими корнями. Он побеждал на 800-тах метрах с 1918 по 1921 годы, на 1500-тах метра – с 1917 по 1921, и четыре раза на 5000 в 1917-1919 и в 1921. Другие баскские бегуны на длинные дистанции сделали основной упор на Испанские Чемпионаты по кроссу. В 1918-ом и в 1919-ом победителями были Виктор Эрраузквин и Хулио Домингез, а с 1921-го по 1927-ой – Хозе Андина, Мигуэль Пена и Амадор Пальма. Только 1926-ой год обошел баскских бегунов. Фаворитом был Амадор Пальма, обладатель трех титулов по кроссу и рекордов по треку на 5000 в 1923-ем и на 10000 в 1925-ом. В 1932-ом чемпионом по кроссу стал Мигуэль Киальцета, и он же – на 10000 в следующем году. Эти спортсмены, наряду с превосходством Хуана Мугуэрца, показали, насколько преобладали традиции коррикалари в испанской школе бега на длинные дистанции. В 1919-ом бегуны нового направления соревновались с традиционными коррикалари. На дистанции в 20 километров Беобия-Сан Себастьян победителем со временем 1:17:50 стал Хуан Мугуэрца. Международные забеги коррикалари в XX веке Тем не менее, традиционные матчи коррикалари все еще пользовались успехом. Из длинных забегов известен 125-километровый классический участок Толоса-Памплона-Толоса, который в 1921-ом году преодолел наваррский атлет Винсент Эрро чуть менее, чем за 15 часов. Но более короткий маршрут Зарауз-Айя, наверное, был более популярен. Атлеты неоднократно делали на нем ставки. Трагедия разыгралась здесь 21-го мая 1922-го года, когда Леон Де Нис (франко-бельгийского происхождения) соревновался с Хацинто Этксенагусия. Де Нис был профессиональный бегун с результатми 15:27 на 5000 и 33:46 на 10000 на треке в Париже. Это позволило ему войти в двадцатку лучших мировых бегунов в 1921-ом году и в тридцатку—в более поздние годы. Этксенагусия победил Эрро в начале того года, но, возможно, 13-километровая дистанция Зарауз-Айя была слишком мала для него, особенно против такого бегуна мирового класса, как Де Нис. Хацинто Этксенагусия стартовал в 11:30 по полудню, когда нещадно пекло солнце. Белгиец стартовал на 3 минуты 45 секунд позже. Де Нису потребовалось 54 минуты и 5 секунд, чтобы пробежать 13 километров, разделяющих два городка. Этксенагусия упал по ходу трассы, тяжело дыша. Он умер в мучениях двумя днями позже. Пари было главным стимулом коррикалари. В 1934-ом году Хоакин Марихалар из Лезо, Гипуцкоа, поспорил, что он сможет пройти от маленькой деревушки Лизарди, Интксауррондо, Доностия-Сан Себастян, до вершины горы Улия с грузом в 50 килограммов на плечах менее, чем за 50 минут. Пари он выиграл и одолел путь за 41 минуту. Педро Иради был основной баскский бегун в 1940-х. Он выступал и за профессионалов, и за любителей. Три раза из пяти, в которых состоялась их встреча, он побеждал своего основного соперника Эулогио Гуррухага. 4-го июля 1943 года он выиграл забег от Доностия-Сан Себастян до Урниета со временем 1:15:07, что оказалось на 83 секунды быстрее его соперника. В 1950-х появилось новое поколение коррикалари. Франциско Ланда Гармендия из Ацпейтии был одним из них. Толерантность Испанской федерации по отношению к бегунам, делающим на спорте деньги, была выказана в 1950-х, когда каталонский бегун на 1500 метров Томас Баррис ловко обошел существующие правила касательно оплаты. По слухам, его целиком поддерживала Испанская федерация, которая в дальнейшие дела не вмешивалась, полагая, что подобные явления поддерживают развитие испанской школы бега на длинные дистанции. Гордон Пири был частью маленькой группы, последовавшей примеру Барриса. Возможно, Баррис был тем звеном, которое соединялось с Гордоном Пири, устанавливавшим в пятидесятые серии рекордов. Пири завоевал серебряную медаль на 5000 метрах в 1956-ом в Мельбурне и бегал в соревнованиях коррикалари летом 1962-го. Пири участвовал в двух гонках с преследованием на арене для боя быков в Сан Себастьяне, Испания, протии местных коррикалари. Дистанция было более 10000 метров, и Пири стартовал с одной стороны арены, тогда как его оппонет – с другой. Одним из его соперников был Хуан Азпироз из Арруитца в Наварре. Похоже, Хуан выиграл вторую гонку, тогда как Пири не повезло. Как и все матчи коррикалари, эти соревнования зиждились на пари. Зрители делали ставки на то, кто из атлетов победит, с каким временем и на каких участках гонки. Все это было до странности чужим для Пири, поскольку по британским правилам атлетики еще девятнадцатого века пари были строго запрещены. Конец традиционным забегам коррикалари Популярность открытых забегов по дорогам начала расти в Испании в 1970-ых, когда начался всемирный джоггинговый бум. Спортивные клубы и местные организаторы фиест сделали упор на забеги, в которых участвовали сотни людей. Длительные забеги становились не только клановыми. Одним из последних основных забегов коррикалари был проведен Исааком Руэда из Бильбао. Руэда в 1971-ом году устновил «рекорд» в 1 час 17 минут на участке от Площади Городского совета в Ллодио, минуя часовню Святого Луки, истоки Эспино и гору Пагасарри, до Площади Эспанья в Бильбао. Коррикалари – это бегуны на длинные дистанции, каждый соревновался только с каким-нибудь другим атлетом, и в своих забегах они спорили на деньги. Постепенно такая практика бега в северной Испании исчезла, как с арен для боя быков, так и с дорог. Эксперт этого баскского популярно сельского спорта, Рафаэль Агуирре Франко, в 1999-ом году сказал, что хотя пятнадцать лет назад, в середине 1980-х, коррикалари успешно выступали в забегах, как от Сан Себастьяна до Памплоны, «сегодня большим интересом пользуются массовые гонки». Ультрабегуны-баски С упадком в области очень длинных забегов, характерных для коррикалари, баскские бегуны обратились к испытаниям большим, чем это может предоставить марафон. Агуирре Франко отметил: «В целом, я думаю, как мужчины, так и женщины Баскской провинции очень выносливые… их основные качества – сила и выносливость. Наши виды спорта требуют концентрации усилий… и наши испытания длятся гораздо дольше, чем у других». И поэтому неудивительно, что какой-то баск ищет возможность попробовать свои силы на участках подлиннее. В книге испанца Антонио Сото Рохас "Ultrafondo 100km" говорится, что «чтобы обратиться к началу 100-километровых забегов в Испании, мы должны заглянуть в годы 1975-1978. Тогда начинал неизвестный Риккардо Санчез, который в 1977-ом выиграл гонку Кондом 100 км во Франции за 8:03. Санчез был из Гуипуцкоа, Баскской првинции В 1975-ом он пробежал 100 км на треке в Сан Себастьяне за 7:26:13. В отличие от забегов марафонного бума, это был забег-соло в традициях коррикалари. Возможно, мотивацией того послужила похожесть на забеги на аренах для боя быков, которые Санчез наблюдал в юности. Но в то время в Испании не было поддержки соревнованиям на 100 км, а самому ездить за бугор было накладно. Так или эдак, но после своей победы в Кондоме от бега Санчез временно отошел. Коррикалари Альфредо Урия Другие баски также последовали увлечению ультрадлинными забегами. Некоторые баски считают Альфредо Урия коррикалари. Урия родился в 1940-ом в Баракальдо, его беговая карьера началась в 1970-ом, когда он побил рекорд забега на гору Пагассари с результатом 29 минут, 46 секунд. В 1976-ом был его первый длительный забег на 492 км Овиедо-Сан Себастьян-Толоса. На следующий год он пробежал 600 км от Барселоны до Бильбао и уложился в 88:17:15. После этого Урия перешел на более короткие стандарты ультамарафона. В 1981-ом он был вторым на Сантандер 100 км, на следующий год в июне он пробежал 100 миль по треку в Бильбао за 13:04:09. Позже, но в том же году, снова в Бильбао он за 24 часа одолел 275.192 км. В 1984-ом на крытом треке в Масноу урия за 24 часа пробежал 233.896 км. В марте 1983-го, видимо снова под воздействием воспоминаний о коррикалари, Урия пробежал от Бильбао до Мадрида. Это 399.194 км за 48 часов. На другой стороне Пиренеев, в Биарице, Франция, Санчез в ноябре 1988-го пробежал 157 км за 24 часа по дороге. Возможно, именно традиции коррикалари подвигнули Альфредо Урию к еще большим расстояниям. В сердце Баскской провинции, в своем родном городе Баракальдо, Урия в 1995-ом году установил испанский шестидневный рекорд – 814.995 км, а на следующий год в том же месте он бежал 1000 миль по треку с тогдашним лучшим временем – 12 дней, 17 часов, 59 минут и 19 секунд. Но традиции баскских бегунов продолжились не только в ультрадлинных забегах...

Ihori: Баскские бегуны на мировой арене Одним из бывших баскских бегунов, отметившихся на мировой арене, был Франциско Арисменди, выигравший Международный Чемпионат по кроссу в 1964-ом году. Но, все же, величайшим баскским бегуном по кроссу был Мариано Харо из Гуипускоа. Он был третьим в Международном Чемпионате 1963-го и последовательно вторым в Чемпионатах 1972-го, 1973-го, 1974-го и 1975-го годов. Также Харо девять раз выигрывал Чемпионат по кроссу Испании, пять раз был победителем на 5000 и девять раз на 10000. Он был призер 1967-го года по стипль-чейзу. Его рекорд Испании по часовому бегу в Сан Себастьяне в августе 1975-го был 20 493 метра, и только тогдашний мировой рекордсмен Гастон Роелант из Бельгии смог пробежать чуть больше. В открывшихся в конце 60-х Испанских Чемпионатах по кроссу среди женщин с 1967-го по 1978-ой годы доминировали баскские бегуньи. Это Коро Фуэтес, Белен Асреития и Кармен Валеро. Валеро также завоевывала национальные титулы в 1981-ом и 1986-ом годах. Более знаменитые баскские атлеты вышли на сцену в 1990-х. Мартин Фис, уроженец местечка Витория в Баскской провинции, взял золото в марафоне на Европейском Чемпионате в 1994-ом году и Мировом Чемпионате 1995-го года. Серебро он завоевал в марафоне на Мировом Чемпионате 1999-го года. Позднее этот марафон был назван его именем. Марафон Мартина Фиса проводится каждый год в баскском городке Виторя-Гастейз. (Личный рекорд Фиса в марафоне — 2 часа 8 минут 5 секунд (1997). В 1995 году выиграл Роттердамский марафон. В 1996 году был обладателем лучшего результата сезона в мире в марафоне. Ушел из профессионального спорта в 2001 году в 38 лет.) Возвращение в горы Но традиции горного бега баскских бегунов не утеряны. Каждый год альпийский классический марафон Сегама-Айскорри (http://sites.google.com/site/zegamaaizkorrieng/route/profile) с общим подъемом 5 472 мета через массив Аратц и Сиерра дель Айскорри, включая 4 высочайших пика Бакскской провинции. Стартуют из Сегамы (296 м), поднимаются до Отсаурте (652 м), далее идут крутые горны тропы до высоты 1551 метр. На участке 14 контрольных точек. Общее контрольное время 8 часов. (Рекорд трассы 3 часа, 54 минуты, 18 секунд – мужчины, 4 часа, 38 минуты, 19 секунд -- женщины. Максимальное число участников в 2010 г. было 400.) В 2004-ом году победителем был итальянец Марио Полети с временем 4:06:46, на втором месте – баск Сухаитс Эспелета – 4:08:45, на третьем – каталонец Этиве Канал – 4:17:00. У женщин победительница – Анна Сера (Каталония) – 5:27:51, Эстер Фернандез (тоже Каталония) – 5:29:18, Мадиер Мендиа (Баскская провинция) -- 5:32:56. Почему баскские атлеты такие выносливые? Беговые возможности басков по результатам и событиям последних 500 лет очевидны. Жизнь в горной местности и требования окружающей среды за тысячелетия выработали у этого народа завидную выносливость. Хуан Крус Аспирос, коррикалари, бегавший против Гордона Пири, был обследован немецкими физиологами Вольдемаром Гершлером и Гансом Райнделлом в Университете Фрайбурга в 1956-ом году. Основатели системы интервальной тренировки и развития кардиоваскулярной системы Гершлер и Райнделл были поражены возможностями Аспироса. Тот обладал чрезвычайной силой. Обычно он выступал как айсколари (рубка бревен), так и как коррикалари на арене для боя быков в Толосе, Гипускоа. В 1963-ем он перерубил двадцать 54-см бревен и сразу же пробежал 20 км за 2 часа, 38 минут и 36 сек. Баскский велосипедист Мигуэль Индурайн, пятикратный победитель Тур де Франс, родился в Виллаве, Наварра, которая исторически входила в Баскскую провинции. Во время тестов в Университеты Наварры, Памплона, в 1995-ом году он показал минимальный пульс покоя (рекорд) – 28 ударов в минуту. В 2004 этот результат был занесен в Книгу рекордов Гиннеса. На фоне среднего человека – с пульсом покоя 66-72 удара, и многих атлетов – с их 40 ударами, такой результат впечатляет. Емкость легких Индурайна – 8 литров. Его сердце способно перевачать 50 литров крови в минуту. «Это человек двойного здоровья». Тесты Аспироса и Индурайна показали, почему баскские бегуны представляют собой такую грозную силу. Из этнических корней народности басков (язык, наследственность и т.д.) несомненно берут начало и их выдающиеся беговые традиции. Тут прослеживается некоторое сходство с легендарными индейцами тарахумара из Мексики. Там также в беге присутствуют элементы спора, вовлеченность общественной жизни и способность покрывать огромные расстояния. Специалисты длительного бега тарахумара тоже живут в горах. Баски остаются активным народом. Средний баск больше тяготеет к спорту, чем другие жители Испании. И как результат – в провинции имеется больше спортивных сооружений. Данная статья затрагивает историю длительного бега басков только поверхностно. Похоже, в культуре таких любителей пари беговые соревнования являются только частью общего духа соперничества, присутствующего и в других баскских видах спорта – а это и рубка дров, и подъем и/или перетаскивание камней, бег с мешком пшеницы на плечах, косьба травы. Все это похоже на предтечу современного триатлона или многоборья. Традиции айсколари (или дровосеков) тоже исторически уходят в корни баскского сельского спорта. Возможно, они смогли бы пролить больше света и на историю коррикалари. На протяжении всего XIX века айсколари были известны не под своими именами, а под обращениями «человек из Бейсама», «парни из дома Горису», «люди из Нуарбе», «малый с фермы Беунса» и т.д. Это так похоже на коррикалари. Там тоже были «семья Хуанагории», например. Но соревнования айсколари совершенно не освящались в прессе. Наряду с матчами коррикалари, арены для боя быков в Толосе, Аспейтии, Доностии и Эйбаре, начиная с 1903-го года, были центрами бесчисленного количества состязаний по различного рода перетаскиваниям и рубкам. Айсколари среди своей публики были очень известны. Также как и коррикалари, они выступали под псевдонимами, вроде «Атксумберрия», «Корта», «Кеиксета», «Котаберри» или «Ария». По окончании гражданской войны в Испании, матчи и показные шоу возобновились. Их основным центром проведения с 1950-го года стала арена в Сан Себастьяне. Такие мероприятии проводятся и сегодня. Конечно, в истории баскских бегунов на длинные дистанции еще много неизученного. Мало известно про подвиги коррикалари в XIX веке и ранее. Многие чемпионы все еще остаются забытыми. Дух коррикалари продолжает жить. Современные бегуны Страны Басков, упоминаются в средствах массовой информации как коррикалари, и по крайней мере, один традиционный маршрут – Лига де Лекунберри длиной 6040 метров – за прошедшие годы был местом ристалищ 16 раз. «Невозможный» 20-минутный барьер Лиги был пробит Андресом Мартинесом Модрего в 2003-ем году. Его результат оказался 19:37. У женщин на этой дистанции лидирует Рози Талавера. Ее секундомер показал 22:44. К счастью, для ознакомления с культурой баскского спорта и их историей бега на длинные дистанции, еще сохранились воспоминания, разного рода истории и прочая информация.

Ihori: Сутки бегом «Как далеко человек может убежать за один проход солнца по небу» -- таков был лозунг на одном из известных 24-часовых забегов в 1980-го года. Эти слова емко заключили в себя всю сущность формата. 24 часа – естественная единица, ультрадлинного бега. Тут нет каких-либо придуманных человеком искусственных рамок, вроде часов, километров и милей. Сутки – это составная часть циклов эпох и лет. Им подчиняется жизнь всех живущих существ и растений. Предыстория Бег человека был всегда привязан к циклу восходов и закатов солнца. На заре истории охотники преследовали свою добычу до сумерек, ночевали на тропе до восхода солнца, и потом возобновляли погоню. До поры, пока численность человечества не выросла и не появилась необходимость посылать гонцов между поселениями и деревнями для передачи срочных сообщений, прямой необходимости в ночном беге не было, и сам он не был желателен. В древней Греции такими гонцами были известные «имерóдроми» (= бегущие сутки). Именно с тех времен до нас дошли некоторые сведения о рекордных расстояниях, покрываемых человеком за сутки. Гонец Эвхид из города Платэа бегал до Дельф и обратно в течение суток, покрывая расстояние в 1000 стадий, что в 479 г. до Р.Х. соответствовало 182 км или 113 миль. Вообще, понятие «стадий», но с другим названием, появилось еще Вавилоне. За стадий принимали расстояние, которое человек проходил спокойным шагом за промежуток времени от появления первого луча солнца при восходе до полного появления солнечного диска над горизонтом. При средней скорости ходьбы получается от 185 до 195 м Стадий греческий — расстояние в 600 ступней Геракла. По преданию, именно столько шагов успел сделать Геракл с момента, как первые солнечные лучи появились над холмом Крона в Олимпии и до того, как солнце поднялось над землей. Был стадий аттический = 177,6 м и олимпийский = 192,27 м Согласно Плинию Старшему (около 325 г. до Р.Х.) имеродромис Филонид, служивший у Александра Великого, за сутки пробежал 1200 стадий (или 219 км, 136 миль) от Сикиона до Эллиса. Хотя это предание и туманно. К ранним упоминаниям о 24-часовом формате относится и история ходока Олсвита, сына Хиаллуса-нан-арда. Дело было уже через 1300 лет, где-то в X веке нашей эры, на маленьком острове Мен, между Англией и Ирландией. Олсвит решил за день обойти все церкви острова. Рельеф трассы был достаточно серьезен. Ходок почти что выполнил задачу, преодолев 70 миль (112 км), пока не упал в истощении на горке, ведущей к местечку Дриней. С тех пор ту горку так и стали звать – «Горка, рвущая сердца». В честь Олсвита ежегодно устраивается Пеший Старт приходов Мена (Manx Parish Walk). Участники за 24 часа обходят 17 церквей. Протяженность трассы 85 миль (135 км). Двумястами годами позже, в 1171-ом, некий башмачник Гильберт за сутки прошел от Кентенберри до Лондона – 106.2 км (66 миль). Но реально 24-часовой формат берет свое начало от основанной на выносливости традиции отмера земли. Лев Толстой в своем рассказе «Много ли человеку земли нужно» (1886 г.) пересказывает старинную русскую сказку. Некий русский мужик из центра поехал к «башкирцам» за землей, поскольку в своем районе на хозяйство ему ее не хватало. И взять той земли можно было в размере 1 день за 1000 рублей. Т.е. столько, сколько обойдешь за день. Задача стояла сделать круг побольше и вернуться назад к началу, где лежала лисья шапка с деньгами. Не успеешь к закату солнца – денежки тю-тю, и выйдет тебе круглый шиш. Мужик на последнем дыхании и с кровавой пеленой в глазах тютелька-в-тютельку успел: солнце село, а с тем и мужик отдал Богу душу. И, несмотря на подвиг, получилось всего только три аршина от ног до головы. Любопытно, что тут Толстой описывает нечто похожее на технику ЦИ-бега: «Наддал из последних сил Пахом, навалился наперед телом, насилу ноги поспевают подставляться, чтоб не упасть…» Такая традиция отмера земли была не только у «башкирцев». Так, когда поселенцы-викинги в IX веке стали заселять Исландию, их вожди отмеряли себе под поместья столько земли, сколько могли обойти за день. Таков же принцип применяется и в соревнованиях Лейкленд 24 часа в Британии. Новый рекорд забегания на вершины не засчитывается, если бегун не успевает вернуться к точке старта до истечения 24-х часов. Текущий рекорд с 1977-го года – 77 вершин, с примерным расстоянием в 109 миль – удерживает Марк Хартел. Первые успешные забеги 24-часового формата, уже укладывающиеся в их современное понимание, начались в XV-XVI веках. Один из бегунов-гонцов Турецкой Империи, пейш, на спор пробежал от Константинополя до Адрианополя (а это ~200 км или 125 миль) за время «между двумя солнцами», т.е. в 24 часа уложился. Обычно пейши по своему происхождению были персами. В нормальном режиме они доставляли сообщения между этими двумя городами за два дня и две ночи. И бегали они всегда босиком. И подошвы ног их отличались такой твердостью, что походили на конские копыта с прибитыми (по легенде) легкими подковами! Был ли тот пейша действительно подкован или нет, сейчас уже однозначно сказать не удастся, но несмотря на жаркое августовское солнце, спор свой он успешно выиграл. Ходоки и скороходы В XVI-XVII веках современный соревновательный бег на длинные дистанции начал развиваться на Британских островах. К началу XVIII века скороходы, стоящие на службе у дворянства, уже начинают за 24 часа покрывать расстояния более чем в 100 миль. Самыми известными из них были ирландец Оуен Мак-Махон и брианец Бо Неш. Сохранились сведения, что в 1728-ом году Махон пробежал 112 миль (180 км) от Трилликак до Дублина, а в 1732-ом Неш неоднократно курсировал от Лондона до Бата – 107 миль (или 172 км). Первые британские соревнования на 24 часа были проведены в июне 1754-го. За ставку в 50 фунтов Джон Кук должен был пройти или пробежать 100 миль (или 160 км). Но на 12-ом часу его прихватило. Это оказалась 60-ая миле (или 96-ой км). Он был вынужден сойти и ставку проиграть. Но 8 лет спустя другой брит – Джон Хег – оказался более успешным и преодолел 100 миль за 23 часа и 15 минут. Подобные соревнования одного атлета против времени продолжались еще долго. Другой известный ходок XVIII века – Фостер Пауел – в сентябре 1787 года вышел от гостиницы Фолстаф Инн до Лондон-бридж и обратно. За 24 часа он прошел 112 миль (180 км). Несмотря на то, что на обратном пути ему наливали не вино, а бренди, свою ставку он выиграл даже с перекрытием в 10 минут. Рождение 24-часового формата бега Первый настоящий 24-часовой забег с целью покрыть максимальное расстояние произошел в октябре 1896-го года. Абрахам Вуд и Роберт Барклай Алардис, два великих ходока того времени схлестнулись в турнире в первый и единственный раз. Вуд бегал 40 миль (64 км) за 4:56 босой и одетый только в фланелевые брюки и куртку. Редкий всадник мог держать такую скорость. Его соперник Алардис был более известен под своим спортивным псевдонимом Кпитан Барклай. Это был известный атлет XVIII века. Он ходил на 100 миль за 19 часов, а четверть мили (400 м) пробегал за 56 секунд. У Вуда не было спонсора, желавшего поставить достаточно высокий залог, и поэтому дворянин Барклай не очень-то хотел соревноваться с профессионалом Вудом. Но пришел представитель от издательства Спиталфильд со 150 гинеями, и забег был проведен на обозначенном веревками одномильном участке от Ньюмаркет до Лондонского Тёрнпайк. Соревновались на 600 гиней победителю и Барклаю любезно предоставили гандикап в 20 миль (32 км). Иными словами Вуд должен был выиграть с перевесом в 20 миль! С точки зрения числа болельщиков первый 24-часовой матч был наиболее удачливым. Огромная толпа собралась в Ньюмаркете, городке известном скачками. Обычно там собиралось много народа. «Количество ландо, четырехколесных колясок, пролеток, всадников и пеших превысило все точные подсчеты». За гинею ночлег уже взять было невозможно, все гостиницы оказались заполнены, для проживания оставались только стойла и сеновалы. Перед началом соревнований на Вуда ставили 100 к 90, но после старта Барклай стал фаворитом в соотношении пяти к двум. Оба участника были одеты в беговую форму, соответствующую эпохе – короткие фланелевые штаны до начала чулок. За первый час Вуд одолел 8 миль (12.8 км). Барклай – 6 (9.6 км). Четыре мили из тех 20 Вуд отыграл к концу третьего часа. На 24-ой миле (40 км) он остановился освежиться. Через 16 миль (25.7 км), т.е. после 40 миль (64 км) он сошел на фоне разразившегося скандала. Пошел слух, что после 22-ой мили кто-то из помощников нарочно подлил ему настойки опиума. Интригана нетрудно было вычислить. Спонсор Вуда – Спиталфильд – никогда попусту не рисковал даже 20 фунтами, а в день соревнования сделал ставку на Барклая! Так что один из величайших забегов на 24 часа стал и одним из величайших провалов. Это был классический матч между быстрым бегуном на короткие дистанции против известного стайера. На тренировке Абрахам Вуд пробежал 50 миль (80 км) за 7 часов, но тогда полил дождь и он остановился из-за опасности получения травмы, хотя и был достаточно бодр. Специалисты по истории бега того периода считают, что Барклай пробежал 135 миль (216 км). Тогда Вуду для победы понадобилось бы пробежать 155 миль (248 км), а это уже было бы невыполнимо. Но пробежать максимальное расстояние того времени за 24 часа удалось не Барклаю или Вуду, а конюху под именем Гленвиль. Гленвиль за 80 гиней согласился за 30 часов пройти 142 мили (227 км). В те времена, во избежание судорог, ходоку позволялось по ходу иногда и бежать по принципу «иди, как идется». Он начал с быстрой ходьбы и потом перешел на шаркающий аллюр 6 миль (10 км) в час. Несмотря на то, что поход ему дался тяжело, в конце концов, пари он выиграл, одолев по ходу за 24 часа 117 миль (187 км). Эпоха Наполеоновских войн (конец XVIII, начало XIX веков) была золотым периодом ходоков и бегунов из дворянского сословия. Но наступлением новых времен на арену вышли их основные соперники – профессиональные ходоки из простого народа. Это еще продолжалось лет 25, но профессионалы считали, что награды их трудам были малы. В 1823-ем молодой ирландец Рассел вызвался на 24-часовой матч на специфической дистанции -- 100 ирландских миль (а 1 ирландская миля это 2240 ярдов или 2048 метров). И ему это удалось – он сделал 127 миль, 480 ярдов (или 204.825 км). Насколько известно, до великого возрождения сверхдолгой ходьбы и бега в 1870-х, только одному ходоку удалось перешагнуть через такую отметку. В 1856-ом году на дороге Хельсон в Кронвеле, вдалеке от внимания знатоков, профессионал Свейн достиг 130 миль (209.2 км) за 24 часа, 5 минут. Но это просто для того «чтобы было», не для пари. Первые женщины на 24-х часах Про женщин, участниц данного формата, известно мало. Но в силу жизненных обстоятельств с древних времен женщинам тоже приходилось преодолевать большие расстояния. В истории 24-часового бега женщины появились в середине XVIII века. В июле 1765-го некая молодая ходунья прошла 72 мили (115.8 км) от Бленкого до Ньюкасла, без двух миль. Позже, в мае 1827-го на полумильном участке Карлисл-Роад Мери Мак-Муллен, в возрасте 60 лет, за 24 часа прошла 92 мили (148 км). У нее еще и оказалось 31 минута в запасе. Бум шестидневок Трасса Рассела была вокруг Пруда в Дублине и представляла собой круг в 529 ярдов (483 метра), и все предыдущие 24-часовые отметки на ней сохранились. И на нее вышел еще один человек. Американец Эдвар Пейсон Вестон в декабре 1874-го года показал достижение, которое еще долго считалось невозможным. Он преодолел 500 миль (804.6 км) за 6 дней. Это вызвало такой большой интерес, что в беге появилось профессиональное направление шестидневок. Успех дался нелегко. До декабря, в том же году, он три раза пытался покорить 500 миль, но это не удавалось. Также, прежде чем одолеть за 24 часа 100 миль, в 1860-х он пытался это сделать 47 раз! Но во время своих двух прежних неудач на 500 милях, Вестон сумел в первый день каждой попытки одолеть, соответственно, 112 и 115 миль (180.2 и 185 км). А это уже был лучший результат на 24-часах той поры. Бум шестидневок помог совершенствоваться и другим ходокам. Британец Харри Вохан за 24 часа достиг 120 миль (193.1 км), а на 26-часовом матче его соотечественник Билли Ховз показал по ходу за 24 часа 127 миль (204.3 км). 24-часовой рекорд уже стал похож на современный, когда британец Джордж Хазел и потом Чарльз Роувель отметились на 133 милях (214 км) и на 150 милях 295 ярдах (241.763 км) в первый день своих шестидневок. Стиль Роувеля наиболее подходил к такому случаю. Его назвали «непрерывная собачья трусца». Его 24-часовая отметка замечательна еще и тем, что фактически он достиг ее за 22:28:25. Если бы он продолжал таким аллюром все 24 часа, то результат мог бы быть более 160 миль (257 км). И это вполне допустимо, потому что после трех с половиной часового сна он вышел на новый мировой рекорд в формате 48 часов – 258 миль (415 км), а на 72 часах – 353 мили (568 км). И все это по ходу одной гонки! Женщины-ходуньи тоже попали под влияние этого бума, и сверхдлинные дистанции для них тоже стали обычными. В 1877-ом Мери Маршал по ходу 100-мильного матча против времени показала 90 миль (144.8 км) в Бостоне. По 24-часам для женщин это было лучшее достижение, державшееся до того, как американка Эми Ховард по ходу шестидневки на 24-х часах не показала 95 миль (152.887 км). Это стало лучшим результатом века. Шестидневка проходила в Сан Франциско, и, похоже, «просто» 100 миль Ховард могла бы уложить и в 24 часа. Подвиги профессионалов вдохновили к участию в длительных соревнованиях и любителей. Британец Джон Фовлер-Диксон и Ф.М.Р. Дундас соревновались на 100 милях в августе 1877-го. Диксон оказался первым из любителей, преодолевших 100 миль за 24 часа. В США шотландец Дж. Брюс Гиль повысил это достижение до 108 миль (173.8 км), а затем другой британский ходок Арчибальд Синклер преодолел 120 миль (193.1 км) в Литл-Бридж в Лондоне в 1881 году. Но уже на следующий год другой британец Джеймс Саундерз в гонке на Америкен Инститьют Ринг практически без остановки пробежал 120 миль 275 ярдов (193.372 км). Последнее же слово ходоков в смысле наилучшего результата было за британцем Томми Хаммондом в 1908 году. Его отметка оказалась равной 131 миле, 580 ярдам (211.354 км).

Ihori: Артур Ньютон и Волли Хейворд Установленная Хаммондом планка держалась среди любителей более 40 лет. У профи результат Роувеля был лучшим в течение даже более длительного периода. Но на арену 24-х часов вышел Артур Ньютон, величайший ультра 1920-х. Ньютон стал известен на заре своей карьеры победами в марафоне Комрадс в Южной Африке (его лучшее время 6:24:54 в 1925-ом году). После этого он переехал в Британию и показал лучшее время на 100 милях по дороге Лондон-Брайтон и Бат-Роад. Затем он перешел в разряд профессионалов и в 1928-ом попытался применить свои способности в трансконтенентальном пробеге Пайл (Pyle) в США (от Лосанжелоса до Нью-Йорка). Но ему помешали травмы, также как и в подобном событии следующего года. А подобное испытание, надо сказать, достаточно суровое. Вот список рекордов трансамериканских пробегов: Имя гоод Время дистанция маршрут Мужчины John Ennis 1890 80.2 дней unknown NYC to SF Edward Weston 1910 77 дней 3483 мили NYC to LA James Hocking 1924 75 дней 3754 мили SF to NYC Don Shepherd 1964 73.3 дней 3200 мили LA to NYC Bruce Tolloh 1969 64.9 дней 2876 мили LA to NYC Marvin Swigart 1971 62.7 дней 3266 мили SF to NYC Helmut Scheike 1971 59 дней 2876 мили LA to NYC John Bull 1972 53.9 дней 2876 мили LA to NYC E. Gordon Brooks 1974 53.3 дней 2876 мили NYC to LA Tom McGrath 1977 53.0 дней 3046 мили NYC to SF Stan Cotterell 1980 48 дней 3103.5 мили NYC to SF Frank Giannino Jr. 1980 46 дней 8 часов 3100 мили SF to NYC Женщины Mavis Hutchinson 1978 69.9 дней 2871 мили LA to NYC Женщины в возрасте Annabel Marsh 1984 126 дней 3200 мили SF to DC Пешие John Lees 1972 53.5 дней 2876 милиles LA to NYC Мужчины в возрасте Abraham Lincoln Monteverde 1920 79 дней unknown NYC to SF - age 61 Paul Reese 1990 124 дней 3192 мили Jenner CA to Hilton Head Island, SC - age 73 Наряду с другими ветеранами этих двух трансконтинентальных забегов Ньютон продолжал тренироваться и ограничился карьерой специалиста по 500 милям, бегу на снегоступах и шестидневкам против лошадей! Но профессиональный 24-часовой формат продолжал притягивать Ньютона, и он решил в нем поучаствовать, чего бы ему это ни стоило. И он поучаствовал. 24-часовой забег происходил на крытом треке в Гамильтоне, Онтарио, Канада, в апреле 1931-го. Ньютону тогда исполнилось 47 лет. Трек специально выстроили для забега, но он был коротковат – в одну милю укладывалось 13 кругов. Чтобы у спортсменов не закружилась голова, на треке оставили прямые углы. На первых порах темп задавал ветеран пробега Пайл, австралиец Майкл Макнамара. На тот момент у Макнамары было лучшее мировое время на 30 и 40 милях. Позже он выступил еще и на 100 милях и уложился 14 часов с небольшим. По ходу гонки Макнамара остановился освежиться под душем, а Ньютон продолжал наматывать круги до его возвращения. Но из-за судорог Макнамара задержался с выходом на 20 минут. После своего душа Ньютон посчитал долгом джентльмена тоже выждать такое же время. Однако, этот жест ничего не привнес – вскоре Макнамара сошел. Ньютон остался в лидерах и задался целью «продолжить путешествие в наиболее подходящем ритме». За полные 24 часа он одолел 152 мили 152 ярда (245.113 км). 24-часовой бег у женщин вышел на новый уровень благодаря спортсменке тоже из Южной Африки. Геральдина Ватсон была сильной личностью – походы на 200 миль (320 км) с маленьким автоматическим пистолетом для самозащиты, были для нее обычным явлением. Ватсон бегала Комрадс в 1932-ом и в 1933-ем. Позже, в 1934-ом, она решила поучаствовать в 100-мильном забеге по дороге в Дурбане. Трасса шла по кругу, погода в первые 9 часов гонки была отличнейшая. Потом хлынул дождь и поднялся штормовой ветер. Но несмотря на условия, на 100 миль Ватсон отсчитала 22 часа и 22 минуты. Она стала первой женщиной, преодолевшей 100 миль в пределах 24-х часов. После Второй Мировой войны Артур Ньютон уже окончательно перебрался в Британию, где вступил в Клуб Бегунов по Шоссе и продолжил участи в беге на 24 час как любитель. Известный южноафриканский бегун Воли Хейворд приехал в Англию с намерением установить новый рекорд в гонках в Брайтоне и Бат-Роад. С этими задачами он успешно справился, и Ньютон предложил ему остаться, вступить в Клуб и поработать в 24-часовом формате. В ноябре 1953-его на стартовой линии в Мотспур-Парке выстроились бегуны, для которых 24-часовой бег был областью, куда заступать им еще не приходилось. Вначале предполагалось, что против Хейворда будет бежать команда из двух бегунов, которые будут работать в режиме эстафеты, но потом Клуб все же решил провести непрерывную гонку. На крытом треке в Гамильтоне Ньютон добрался до 100-мильной отметки за 14 часов с хвостиком, в Мотспур-Парке Хейворду, чтобы уложить под ноги то же расстояние потребовалось 12:46:34. По плану здесь Хейворд должен был отдохнуть минут десять, но усталость была такая, что пришлось покинуть трек для душа и массажа. Снова на трек он вышел только через полчаса. Но мышцы задубели и остыли. Для выхода на нужный рабочий ритм он был вынужден менять стили бега, идти, потом бежать, снова идти. Такая борьба продолжалась до конца. Позже он говорил, что бежал тогда «как свинья, уткнувшаяся рылом в землю». По-видимому, Хейворд был нацелен на 170 миль (270 км), но закончил скромнее – с 159 милями, 562 ярдами (256 км). Вторым пришел рекордсмен на 50 миль, Дерек Рейнолдс. Он тоже преодолел отметку Ньютона с результатом 154 мили и 1226 ярдов (248.96 км). Гонка в Мотспур-Парке была еще и замечательна тем, что средний возраст ее трех добравшихся до финиша участников составил 44 года!

Ihori: Возрождение 24-часового бега Рекорд Хейворда еще держался пару десятков лет, пока приверженец Клуба бегунов по шоссе Дон Тёрнер не развил компанию по возрождению подобного рода соревнований. 24-часовая гонка была назначена на октябрь 1969-го, но по взаимному согласию организаторов и потенциальных участников в 1969-ом был проведен забег на 100 миль. И только в 1973-ем Клуб назначил 24-часовой пробег на треке Волтон. После 1953 г. 24-часовые бега проводились и в других частях света. В 1963-ем новозеландец Денис Стефенсон пробежал 142 мили (228.5 км) по набережной Окленд. На следующий год он одолел по треку 131 милю (210.8 км). В 1971-ом другой пионер 24-часового бега итальянец Армандо Бойярди покрыл 211.831 км (131.6 мили) на треке в Пьяценце, а в начале 1973-го другой итальянец -- Армандо Германии пробежал 221.479 км (137.6 миль) в Триесте. Позже в том же году в Южной Африке Алан Фергюсон сделал 222.2 км (138 миль). Время подошло к пересмотру рекордов данного формата. Опыт, полученный британскими атлетами в проводимых Клубом 100-мильных бегах в конце 60-тых – начале 70-тых, позволил адаптироваться к стрессам, которые их подстерегали на 24-х часах. Ментально к такого рода забегам лучше всего был подготовлен 41-летний Рон Бентли, шахтер из Типтона. Его результаты были 6:08:11 на 50 милях и 13:09:32 на 100 милях, и в беге на более длинных дистанцияхон уже не останавливался , как Хейворд. Буксовать Бентли только начал, когда достиг отметки Дерека Рейнольда – рекорда Британии в 248 км (154 мили). За три с половиной часа до конца Бентли потянул мышцу на правой ноге, к тому же одновременно с этим как из ведра ливанул дождь. В результате Бентли сперва пошел, потом медленно побежал. Но тот драйв и концентрация, которые толкали его на перекрытие рекорда Хеворда, по достижении этой отметки пропали. В последний час Бентли просто хромал по треку с накинутым на плечи полотенцем. За этот час он смог добавить только две мили (три километра), и закончил с 161 милей 545 ярдами (259.603 км). Интересно проследить, чего достигли Ньютон, Хейворд и Бентли в своих вторых или последующих 24-часовых забегах. Они ставили рекорды, но и соперники от соревнования к соревнованию обрастали опытом. Например, Жан-Жиль Буссике улучшал свои результаты с каждым из своих первых трех забегов. Но после бега Бентли резкого роста интереса к подобным событиям не наблюдалось. С 1973-го по 1977-ой 24 часа проводились только в Италии и Южной Африке. Такое положение сохранялось до того, как Том Роден пробежал 156 миль (251 км) в Кристалл-Паласе в Лондоне в 1977-ом. Это был отличный мировой результат со времен бега Бентли. После этого 24 часа широкой поступью пошли по всему миру: по США, Франции, Родезии, Чехословакии. В Штатах 24-часовые бега в конце 1970-х были междусобойными событиями с неофициальными рекордами. Отношение к фиксированию результатов было таким наплевательским, что попытки Парка Барнера заявить рекорд отклонялись дважды. Только в 1979-ом записали возможно лучший мировой результат в 162 мили (261 км). Порядок в фиксировании рекордов удалось навести на следующий год с появлением легендарного француза Жан-Жиля Буссике. Жан-Жиль Буссике Буссике начинал как футболист, потом, менее чем за два года бега, в ноябре 1979-го он энергично отметился на 159 милях (257 км) на соревнованиях в Мило-Бельве. Буссике стал вторым за время 28:15:30. Тремя неделями позже он вышел на свои первые 24 часа по дороге в Ниор. Там он стал вторым с результатом 139 миль (224 км). Но учился он быстро, в через пять месяцев в Коткедане покрыл 162 мили (261 км). Этот результат не был признан, поскольку не было зафиксировано время по кругам. Буссике поехал в Англию, рассчитаывая на то, что его следующий рекорд будет признан. В октябре того же года в Блекбурне Буссике официально побил рекорд Бентли с результатом 164 мили 192 ярда (263.108 км). Не довольствуясь этим, через месяц он вернулся в Ниор, где установил новый лучший результат по дороге в 255 км (158 миль). Швейцарская Лозанна в 1981-ом году стала местом первого международного соревнования по бегу на 24 часа. Там развернулась классическая дуэль между 24-часовщиком Буссике и ведущим 100-километровщиком континента чехом Вацлавом Камеником. Этот матч по характеру напоминал состоявшуюся 200 лет назад пробу сил между Капитаном Барклаем и Абрахамом Вудом. Каменик начал довольно резво. На 100 км у него ушло 7:34:58, на 100 миль – 12:28:16. На то время это были самые скоростные отметки формата 24-х часов. Но чех переобогнал самого себя. Буссике с четко рассчитанным темпом бега обошел всех соперников и поднялся на новую высшую беговую ступеньку. К предыдущему рекорду он добавил 8 км (5 миль) и в итоге показал 272.624 км (169 миль 705 ярдов). К 1981-ому году 24-часовой бег уже заматерел. Три разных бегуна в трех различных забегах того года перекрыли результат 260 км (162 мили). Один из них – 21-летний Марк Пикард установил новый британский рекорд – 263 км (163 мили). В той гонке дебютировал Дейв Купер. Это было начало его замечательной карьеры в 24-часовом формате. Женщины берутся за 24-часа всерьез На волне феминистского движения в Штатах в начале 1970-х женщины посчитали своим долгом тоже начать участвовать в длительных пробегах. Микки Горман, американка японского происхождения, отсчитала 21:04 на 100 милях по ходу 24-часовой гонки на крытом треке в Лос-Анжелес. Это был новый лучший результат. Позже Горман спустилась на более короткие дистанции, пробежав марафон со вторым лучшим временем 1976-го года за 2:39:11, и с тех пор была ведущей марафонкой семидесятых. Результат Горман в 24-х часах не оставался нетронутым долго. На следующий год южноафриканская бабушка Мавис Хатчисон робежала 106 миль 736 ярдов (171.2 км). После этого у Хатчисон началась карьера бегуньи-путешественницы. Она до сих пор удерживает рекорд трансамериканского пробега. Восемью годами позже успешная ультрабегунья-пионер Марси Швам удлинила мировой результат на треке до 113 миль (182.9 км). По ходу она установили мировые рекорды на 50 милях, 100 км и 100 милях. Американки Сью Трапп и Сью Медалья в начале восьмидесятых продолжили подталкивание рекордной планки вверх. В 1981-ом Медалья одолела 203.4 км (126 миль). Что за драка без британцев В этом году зрителям удалось понаблюдать самую захватывающую гонку на 100 миль по дороге, когда британец Мартин Дайкин опередил своего соотечественника Дейва Доудла на 23 секунды (12:16:46 против 12:17:09)! Доудл закончил свой бег в достаточно хорошей форме, но противостоять финишному натиску Дайкина ему не удалось. На следующий год было решено удлинить бег до 24-х часов с тем, чтобы у соперников было побольше времени на выяснение отношений. Туда же были приглашены мировые и британские рекордсмены Буссике и Пикард. Временами лил дождь и налетали порывы ветра, но яростному соперничеству было не до погодных условий. Вначале лидировал Марк Пикард. Дайкин и Доудл шли немного позади. Потом Дайкин предпринял усилия отметиться с лучшим мировым результатом на 200 км. Буссике после 100 км, к сожалению, почувствовал себя неважно. Дайкин сошел после 200 км, и Доудл оказался в лидерах один. К окончанию 24-ч часов он преодолел свой функциональный провал и собрался вновь. Даже очень сильный порыв дождя не повлиял на его целеустремленное продвижение к финишу. Во время провала Рон Бентли и Жан-Жиль Буссике изо всех сил убеждали Доудла снова выйти на трек. В итоге конечное расстояние составило 274.48 км (170 миль 974 ярда). Появился новый мировой рекорд. К этому событию Доудл готовился очень усердно. Его пиковые объемы достигали 240 миль (380 км) в неделю. Его жизнь перед гонкой на протяжении многих месяцев состояла из бега, еды и сна, иногда он выделял на такую работу целый день. Гонка состоялась в мае. К этому сроку с прошедшего Рождества он покрыл 3000 миль (4800 км). Такая подготовка позволила ему завершить гонку без существенных сюрпризов с темпом 9 минут на милю (5.6 мин./км). Эта гонка также знаменательна и тем, что позади Доудла происходила схватка между Линн Фитцжеральд и Рос Паул. Эти две женщины выясняли отношения после прошлогодней гонки Лондон-Брайтон, в которой Фитцжеральд все-таки победила. Это был первый забег, в котором англичанки бежали ультра по треку. У Фитцжеральд был лучший послужной список. Она обладала рекордами среди женщин на 30 милях и на 100 км. У нее случились проблемы на 100 милях, но она с ними справилась. В конце она одолела 214.902 км (133 мили 939 ярдов) – новый мировой рекорд. Паул преследовала ее все время и также преодолела предыдущий рекорд. Ее расстояние составило 129 миль (208 км). Три месяца спустя Рос Паул перебила отметку Фитцжеральд, сделав 216.548 км (134 мили 1089 ярдов). И что замечательно, это случилось в первый день шестидневного бега! Паул также установила новые мировые рекорды на 28 часах и на 6 днях. За ней наблюдал заинтересованный зритель – Элеонора Адамс. Отметка Доудл была преолодена позже в том же году на шоссе в Ниоре французом Бернаром Гденом, который показал 274.715 км (170 миль 1231 ярд). На арену выходит грек Еще помним про древних греков имеродроми или "бегущих день"? Похоже, круг истории замкнулся. Наиболее известным имеродроми был Филиппид, упоминаемый также и под именем Фидиппид. Он бегал их Афин в Спарту в 490-ом до Р.Х., чтобы просить спартанцев о помощи против вторгшихся персиян. Его пробег между Афинами и Спартой был историческим фактом, в отличие от легенды о пробежке от Марафона до Афин, созданной многими годами позже. Пробег Филиппида от Афин до Спарты был положен в основу забега, называемого Спартатлон. В 1983-ем году первый Спартатлон был с легкостью выигран неизвестным на тот момент греком, которого звали Янис Курос. Тот неизвестный грек сумел побить очень опытных 24-часовщиков и суровое расстояние в 245 км (152 мили) преодолел менее чем за 22 часа. Скептики утверждали, что он сжульничал. После этого Курос был приглашен на многодневный забег по Дунаю. Здесь он, изрядно потеснив элиту, развернулся во всей своей красе. В следующем, 1984-ом году его пригласили на шестидневку в Нью-Йорке. За первый день своего первого ультрабега по треку Курос преодолел 262 км (163 мили), за второй – 165 км (103 мили), т за третий – 146.4 км (91 милю). Основные игроки мирового сверхмарафона с неизбежностью ждали, когда же он сойдет. Но такового не случилось. Янис Курос перекрыл 96-летний рекорд Джорджа Литтлвуда на шести днях на 12 миль (20 км)! Позже в том же году Курос вернулся в Штаты, чтобы поучаствовать на 24-х часах в Квинсе, Нью-Йорк. 100 км он прошел за 6:54:43, 100 миль – за 11:46:37, и на финише показал итого 284 км (177 миль). И это несмотря на очень ленивую последнюю милю в темпе 27:50. Тем самым Курос к рекорду 24-х часов по шоссе добавил 6 миль (10 км)! На следующий год был подтвержден чемпионатный статус французского Монтобан 48 часов. Курос был приглашен как рекордсмен на 48-ми часах по ходу своего бега в Нью-Йорке. Он не делал скидок на то, что ему нужно было бежать два дня подряд. За 23 часа он преодолел 283.6 км (176 миль 388 ярдов). Потом, поскольку мировой рекорд на треке был побит, он остановился на часовой отдых. Затем снова вышел на трек и завершил все 281 милями (452 километрами). Появился новый мировой на 48 часах. Хорошее соперничество в конце того года в Нью-Йорке оказал ему ураган Глория. Одномильный круг Квинса 24 часа на протяжении пяти часов подряд подвергался 60-мильному (100 км/час) ураганному ветру. Обрушивался дождь, летал крупный мусор. Чтобы преодолеть свое прежнее лучшее достижение по шоссе на том же маршруте, Курос вынужден был бороться все 24 часа. В результате – финальные 178 миль(286.463 км) и новый лучший мировой результат.

Ihori: У женщин жесткое соперничество Как уже отмечалось, когда Рос Паул в 1982-ом году устанавливала рекорд на 24-х часах на треке, за ней зорко наблюдала Элеонора Адамс. Тремя годами позже Адамс сама вышла на рекорд в 138 миль 777 ярдов (222.8 км), но ее цель была 140 миль. На следующий год в Хонефосс, в Норвегии, она как ни старалась, так и не смогла улучшить свой результат, но крытый трек и тяжелые мраморные плиты торгового центра Мильтон Кейнс удовлетворили ее амбиции. Ее самой главной соперницей в гонке была ее же соотечественница Хилари Вокер. В 1986-ом году Вокер установила новый рекорд на шоссе – 137 миль (220 км), и соперничество этих двух спортсменок обещало быть интересным. Только 10 минут их разделяло на 100 километрах, но Вокер была вынуждена притормозить из-за травмы спины. Адамс выдвинулась вперед и показала новый абсолютный результат в закрытом помещении – 141 милю 375 ярдов (227.261 км). Через три месяца на шоссе в Фелтаме Вокер добавила к этому итогу еще 2 мили (три километра). Ее новый рекорд стал 143 мили 527 ярдов (230.618 км), а в 1988-ом она же улучшила свое достижение на шоссе до 146 миль (236 км). Тем временем планка рекордов на треке продолжала повышаться: бельгийка Ангела Мертенз в том же году подняла ее до 140 миль (226 км). Последнее слово в споре между Адамс и Вокер, все же осталось за Адамс. В 1989 году она поехала в Мельбурн, Австралия, на гонку 24 часа по треку. Она проходила дистанцию со средней скоростью 10 км в час, и закончила бег на отметке 149 миль 411 ярдов (240.169 км). Это стал ее наилучший результат на 24-х часах. Международные чемпионаты Первый Международный Чемпионат был проведен в 1990-ом году в Мильтон Кейнс, Англия, на закрытом треке в 890 м вокруг торгового центра. Мильтон Кейнс защищал спортсменов от причуд плохой погоды, но его мраморный пол серьезно нагружал их стопы и ноги. Никогда еще на 24-х часах не собиралась такая когорта бегунов. Среди них был и Дон Ритчи, известный своими величайшими достижениями на 100 км, но не на 24-х часах. Это была его «проба пера». Он оторвался от всех и 100 миль прошел за 12:56:13, а 200 км – за 16:31:08. В конце он одолел 166 миль 429 ярдов (267.543 км). Это стало лучшим мировым результатом на крытом треке. Среди женщин также отличилась Элеонора Адамс. 200-километровой отметки она достигла за 19:00:31, что стало наилучшим временем для любой трассы, и закончила на отметке 147 миль 1408 ярдов (237.861 км). Но это был только второй результат по отношению к ее же рекорду на треке. Курос возвращается и идет на величайший рекорд В 1995-ом году после кратковременного перерыва на арену сверхмарафона возвращается Янис Курос. Это происходит в Сурджере, Франция, и Курос уже выступает за Австралию. Он устанавливает новый рекорд на треке – 177 миль 555 ярдов (285.363 км) в первый день 48-часового бега. На следующий год он чувствует себя в великолепной форме и поднимается на новую высоту – 182 мили 1316 ярдов (294.104 км) – на треке Кобург в Австралии. Давняя цель Куроса -- пробежать за сутки 300 километров. Во время следующего 24-часового бега в Канберре в марте 1997-го ему в этом помешали дожди. Но новый рекорд он, все же, установил – 295.030 километров (183.3 мили). Однако, цель в 300 км продолжала манить, и он предпринимает новую попытку в Кобурге шестью неделями позже. По прогнозам погода на тот день обещала быть лучше. Он хорошо шел до 200 км, но потом проявились боли в спине и в колене. В результате на этот раз у Куроса вышло 266.180 км. Курос вернулся снова в Сурджере, Франция, на следующую свою попытку в 48-часовом беге, но там опять сказались травмы. Он берет отпуск для полного восстановления от своих болячек и все лето проводит в Европе. В октябре он чувствует готовность, и принимает участие в ежегодном пробеге Шри Чинмой 24 часа в Аделаиде. Вот там-то он всем и выдал – 303.596 км (188 миль 1308 ярдов). По окончании Курос с пафосом заявил, что его результат не будет перекрыт еще в столетия и что на 24-х часах по треку он участвовать больше не будет. За столетия Курос мог действительно не опасаться – его результат на 17 миль (27.3 км) превысил второй результат в двадцатичетырехчасовом беге. Такое превосходство можно сравнить только с превосходством среди женщин Томоэ Абэ на 100 км (6:33:11). Ломски и Реутович Тем временем в беге на 24 часа не отставали и женщины. Зигрид Ломски, основной боец немецкой женской команды в беге на 100 км, устанавливает новый рекорд на шоссе – 151 милю 706 ярдов (243.657 км) – в Базеле в 1993-ем году. Это был Европейский чемпионат и выигрывает она его в возрасте 51-го года. Ее результат считается абсолютным, пока Елена Сидоренкова не пробегает 248.901 км (154.6 мили) на закрытом треке в Подольске, Россия, в 1996-ом году. Но тот результат остается незасчитанным. В мае 1998 года на чемпионате в Москве мировой рекорд на треке устанавливает другая русская спортсменка -- Ирина Реутович. Ее результат 242.624 км (150 миль 133 ярда). Реутович зарекомендовывает себя как ведущая спортсменка на границе тысячелетий. Тем не менее, появляется еще одна бегунья. Победительница Чемпионата Мира на 100 км Эдит Берсе переходит в 24-часовой формат и в 2002-ом году выдает новый рекорд – 250 км на треке. В мае 1998-го Курос возвращается в 24 часа. На этот раз по шоссе. Он пробегает 290.221 км (180 миль 589 км) в Базеле, Швейцария. Еще один новый мировой рекорд. Потом, в августе того же года, в Маркетте, Франция, бельгиец Лусьен Тельман пробегает 267.626 км (166 миль 519 ярдов) – дистанцию, которая еще не отмечалась на международных чемпионатах. В 1999-ом Курос пробегает 260 км (167 миль) и с интервалом в неделю -- 262 км (163 мили). Возможно, скептики могли бы сказать, что его превосходство по отношению к другим бегунам по мере приближения к 50-летнему юбилею начинает сходить на нет. Но пока нет никого, кто бы бегал лучше его. 2004-ый год показал нам потенциал японцев. Но хватит ли им организации и таланта приблизиться к Куросу? А что потом? Среди ведущих спортсменок, выступающих в ультрамарафоне, долго бытовало мнение, что отметку в 160 миль (258 км) им преодолеть не удастся. Но при должном соревновательном запале и условиях такое расстояние может кому-то покориться уже в ближайшие несколько лет. Вспоминая какой эффект на достижение новых рекордов в 1980-х оказало соперничество между Адамс и Вокер, хочется думать, что еще одна подобная пара сможет задать тот драйв, который так необходим для достижения новых результатов. Японка Сумиэ Инагаки в 2006-ом уже установила новый рекорд на треке на 48-ми часах – 382.416 км (237 миль 1095 ярдов). Это хорошая подготовка к штурму трековых 250.106 км (155 миль 719 ярдов) венгерки Эдит Берсез и к покорению в абсолюте 260 километров. А вот сократить разрыв между Куросом и результатами других спортсменов будет задачей посложнее. На это могут уйти годы соперничества спортсменов по всему миру. На международных чемпионатах хорошие традиции своей выносливости показали японские атлеты, а молодой русский спортсмен Денис Жалыбин в 2006-ом пробежал 282.283 км (175 миль 707 ярдов). Так что 280-километровый барьер уже преодолен. Почему 24-часовой бег так зовет и влечет 24-х часовой бег это не просто история рекордов. Организовать 24-часовой бег, например, гораздо труднее, чем бег на 100 км. Тем не менее, каждый год проводится около 200 суточных забегов. О потенциале это говорит. Все согласны с тем, что сутки – это естественный временной интервал, и сама идея бежать сутки близка многим. В беге в течение нескольких секунд, или минут, или часа нет такого реального вызова. Совсем же другое бежать сутки. Джим Шапиро в своей книге «Ультрамарафон» говорит, что бег на 24 часа это «хороший инструмент для того, чтобы заглянуть внутрь себя, посмотреть из чего человек сделан». Тут одновременно присутствует и интеллектуальный и физический подход. Чтобы одолеть 24-часовой бег, нужно учитывать много разных факторов: тут и темп, и еда, и подходящая одежда, и правильная стратегия переходов с бега на ходьбу, не говоря уже о возможных погодных условиях, состоянии трассы, ее поверхности, -- все может внести свои трудности, все надо учесть для того, чтобы бег состоялся правильно. Не многие освоили эту науку. Очень часто успех граничит с поражением. Бег настолько многообразен, что бывает очень трудно достичь постоянства. Англичанин Дейв Купер первый раз участвовал в 24-х часах в 1981-ом году, но вынужден был сойти через 22 часа. Но он нашел то, что ему было нужно. Поучаствовав в подобных пробегах 35 раз со средним результатом в 134 мили (215.6 км), Купер на 24-х часахстал мастером. Его пиковый период пришелся на 1989-ый год. За те 12 месяцев он пробежал семь суточных гонок, каждый раз преодолевая более 140 миль (225.3 км). Среднее пробегаемое расстояние в каждой гонке того времени составило 144 мили (231 км). В 1990-ом он установил личный рекорд – 155 миль (250 км). Это было лучшее время в возрастной группе старше 55 лет. На то у Купера ушло около 7 лет. И что замечательно, последующие промежуточные отрезки той гонки он проходил быстрее предыдущих. Но несмотря на успех, Купер столкнулся с проблемами, которые даже с его обширным опытом решить было трудно. Для многих в таком беге заключена истинная привлекательность. Ничто не дается просто так, ни в чем нельзя быть уверенным до конца. Если бегун одолевает 24-часовой бег без последствий, это значит, что он недостаточно упирался, не подошел к своему пределу. Выбор правильного темпа в 24-часовом беге фактор решающий. Анализ результатов порядка 260 км (160 миль) приводит к выявлению двух школ, двух направлений мысли, по преодолению этого монстра. Доудл, Барнер и Буссике были приверженцы равномерного темпа. (В Лозанне 50-километровые отрезки Буссике проходил за 4:08:27, 4:16:42, 4:15:13, 4:14:16 и 4:54:38). Тактика другой школы – быстрое прохождение 100 миль. Это Хейворд, Курос и Ритчи. Многие стараются идти в середине с отметкой от 13:05 до 13:15 на 100 милях. Для сравнения у Барнера отметка была более 14 часов, а у Буссике и Доудла --13:30. Интересно, что сам Курос на протяжении разных лет придерживался разных стратегий. В начале своей карьеры он выбирал стремительный темп -- менее 7 часов на 100 км и менее 12 часов на 100 миль. Позже он перешел на более зрелый и равномерный бег. Его график теперь выдерживается настолько точно, что в случае ошибки наблюдателя по нему можно восстанавливать времена прохождения по участкам. Возможно благодаря своему опыту в беге в Вестфильде, он теперь достигает 100 миль за 12:10, 200 км – за 15:20-15:50, и в конце выходит на 280 км. Тем не менее, скорости его программы равномерного темпа все же превышают скорости быстрых стартов Хейворда и Ритчи. Показательно, что когда Курос шел на свои желанные 300 км, 100 км он достиг за 7:15, 100 миль – за 11:57:59 и 200 км – за 15:10:27. Его последние 100 км вышли почти за 9 часов. Но в рекордном беге Куроса по шоссе, даже при равномерном темпе, средняя скорость оказалась выше скоростей Буссике или Доудла – т.е. порядка 12:30 на 100 миль и менее 16 часов на 200 км. Но и для элитного бегуна на 24 часа поиск оптимальной схемы бега может составлять определенную трудность. В национальных и международных чемпионатах двадцатичетырехчасовой бег это не просто бег, это уже шахматы сверхмарафона. Здесь ладьи, слоны и пешки -- всего лишь индивидуальные интеллектуальные и физические инструменты. Взаимодействие же этих инструментов дополнительно усложняется необходимостью выбора оптимального темпа на фоне возникающих по ходу трудностей и подбора соответствующей стратегии потребления жидкости. К тому же необходимо помнить и о нуждах своей национальной команды. Начиная с первого любительского пробега на 24 часа в 1953-ем году, формат здорово эволюционировал. Вначале такой бег рассматривался как тест на выживание, теперь он стал тестом самопознания, тестом тактики и опыта. Но и теперь 24-часовой бег – это бег по лезвию бритвы. Современные имеродроми стараются достичь оптимальной скорости, и в любой момент их стремления могут уйти в пропасть усталости, травмы и истощения. Вот в этом и есть тот восторг и привлекательность суточного бега. Как шел прогресс История говорит нам, что первым человеком, в соревновательном режиме преодолевшим 100 миль за 24 часа был английский ходок Джон Хог в 1762 году. Первый бег на 110 миль по треку провел американец Эдвард Вестон в 1870-ом году в Нью-Йорке. Следующие исторические вехи выглядят так: мили ярды километры 120 miles Harry Vaughan (GBR) London Х П 1876 200km Billy Howes (GBR) London Х I 1878 127 1210 / 205.493 130 miles George Hazael (GBR) London З 1879 133 110/ 214.144 140 miles Charlie Rowell (GBR) London З 1880 146 251/ 235.194 150 miles Rowell (GBR) New York З 1882 150 395/ 241.763 250km Wally Hayward (RSA) London T 1953 159 562/ 256.400 160 miles Ron Bentley (GBR) Walton T 1973 161 545/ 259.603 260km Park Barner (USA) California T 1979 162 537/ 261.204 270km Jean-Giles Boussiquet (FRA) Lausanne T 1981 169 705/ 272.624 170 miles Dave Dowdle (GBR) Gloucester T 1982 170 974/ 274.480 280km Yiannis Kouros (GRE) New York Ш 1984 177 / 284.853 180 miles Kouros (AUS) Coburg T 1996 182 878/293.704 300km Kouros (AUS) Adelaide T 1997 186 1038/ 303.506 Х = ходьба. П = в закрытом помещении. T = трек. Ш = шоссе. Отметки Хазеля и and Роувела – это по ходу шестисуточного бега Женщины: 24 часа 90 miles Mary Marshall (USA) Boston ПТ 1877 100 miles Geraldine Watson (RSA) Durban Ш 1934 110 miles Marcy Schwam (USA) Woodside, Cal T .1979 113m1183y/182.937km 120 miles Sue Ellen Trapp (USA) Miami T 1980 123m 593y/198.491km 200km Sue Medaglia (USA) Greenwich, Conn T .1981 126m 749y/203.462km 130 miles Lynn Fitzgerald (GBR) Gloucester T .1982 133m 939y/214.902km 210km Ros Paul (GBR) Nottingham T 1982 134m1089y/216.648km 220km Adams (GBR) Nottingham T 1985 138m 777y/222.800km 140 miles Adams (GBR) Milton Keynes П Ш 1987 141m 375y/227.261km 230km Hilary Walker (GBR) Feltham Ш 1987 143m 527y/230.618km 240km Adams (GBR) Melbourne T 1989 240.169km/149 miles 411 yards 150 miles Sigrid Lomsky (GER) Basle Ш 1993 243.657km/ 151 miles 1713 yards 250km Edit Berces (HUN) Verona T 2002 250.106km/155 miles 719 yards А так выглядят мировые достижения в 24-часовом беге по шоссе (данные в км на 28 января 2010) Мужчины 290.221 ( 1) Yiannis Kouros (AUS) 13 Feb 1956 02 May 1998 Basel SUI 286.463 ( 1) Yiannis Kouros- 2 13 Feb 1956 28 Sep 1985 New York NY USA 284.853 ( 1) Yiannis Kouros- 3 13 Feb 1956 07 Nov 1984 New York NY USA 282.282 ( 1) Denis Zhalybin (RUS) 30 Jun 1980 02 Sep 2006 Saint Petersburg RUS 277.402 ( 1) Yiannis Kouros- 4 13 Feb 1956 14 Sep 2002 Sylvania OH USA 276.209 ( 1) Wolfgang Schwerk (GER) 28 Jul 1955 08 May 1987 Cologne GER 275.784 ( 1) Ryoichi Sekiya (JPN) 27 Dec 1956 24 Nov 2007 Soochow TPE 274.715 ( 1) Bernard Gaudin (FRA) 18 Sep 1949 13 Nov 1982 Niort FRA 274.119 ( 2) Hans-Peter Erdman (GER) 09 Sep 1944 08 May 1987 Cologne GER 273.366 ( 1) Ryoichi Sekiya- 2 27 Dec 1956 18 Oct 2008 Seoul KOR 10 273.036 ( 1) Ryoichi Sekiya- 3 27 Dec 1956 25 Feb 2006 Taipei TPE 270.087 ( 1) Paul Beckers (BEL) 22 Aug 1962 11 Oct 2003 Uden NED 269.474 ( 1) Yiannis Kouros- 5 13 Feb 1956 17 Sep 1999 Sylvania OH USA 269.085 ( 1) Ryoichi Sekiya- 4 27 Dec 1956 23 Oct 2004 Brno CZE 268.859 ( 1) Alain Prual (FRA) 24 Sep 1959 10 Jul 1999 Gravigny FRA 268.065 ( 1) Anatoliy Kruglikov (RUS) 09 Oct 1957 16 Jul 2005 Wцrschach AUT 267.626 ( 1) Lucien Taelman (BEL) 09 Jul 1957 29 Aug 1998 Marquette FRA 267.543 ( 1) Donald Ritchie (SCO) 06 Jul 1944 03 Feb 1990 Milton Keynes ENG 267.427 ( 1) Ewald Eder (AUT) 27 Dec 1956 19 Jul 2003 Wцrschach AUT 267.294 ( 1) Jens Lukas (GER) 13 Apr 1966 07 Sep 2002 Gravigny FRA 20 267.223 ( 2) Ryoichi Sekiya- 5 27 Dec 1956 11 Oct 2003 Uden NED 267.174 ( 2) Fabien Hoblea (FRA) 18 Oct 2008 Seoul KOR 266.050 ( 1) Aleksandr Komissarenko (RUS) 1937 Sep 1982 Tula RUS 265.350 ( 1) Yiannis Kouros- 6 13 Feb 1956 24 May 2008 Ronne DEN 264.967 ( 3) Etienne VanAcker (BEL) 12 Feb 1967 11 Oct 2003 Uden NED 264.901 ( 2) Gunter Klammer (AUT) 11 Apr 1959 19 Jul 2003 Wцrschach AUT 264.796 ( 2) Alain Prual- 2 24 Sep 1959 07 Sep 2002 Gravigny FRA 264.389 ( 3) Yuji Sakai (JPN) 18 Oct 2008 Seoul KOR 264.246 ( 1) Paul Beckers- 2 22 Aug 1962 01 Aug 1992 Torhout BEL 263.810 ( 2) Ewald Eder- 2 27 Dec 1956 16 Jul 2005 Wцrschach AUT 30 263.562 ( 1) Ryoichi Sekiya- 6 27 Dec 1956 28 Jul 2007 Drummondville PQ CAN 263.172 ( 1) Janos Bogar (HUN) 26 Jul 1964 03 Jul 1993 Szeged HUN 263.144 ( 2) Tomas Rusek (CZE) 27 Aug 1948 29 Aug 1998 Marquette FRA 262.758 ( 1) Paul Beckers- 3 22 Aug 1962 13 Aug 1994 Torhout BEL 262.585 ( 1) Richard Tout (NZL) 01 May 1948 18 Feb 1989 Milton-Keynes ENG 262.419 ( 1) Jean-Gilles Boussiquet (FRA) 26 Jul 1944 30 Jan 1982 Le Mans FRA 262.112 ( 1) Anatoliy Kruglikov- 2 09 Oct 1957 07 Nov 1992 Niort FRA 261.475 ( 1) Ronald Teunisse (NED) 12 Jun 1952 25 May 1990 Apeldoorn NED 261.454 ( 2) Mark Godale (OH/USA) 16 Jun 1970 17 Sep 1999 Sylvania OH USA 261.437 ( 1) Anatoliy Kruglikov- 3 09 Oct 1957 02 Sep 2000 Saint Petersburg RUS 40 261.292 ( 1) Jean-Pierre Guyomarch (FRA) 05 Apr 1954 19 Sep 1992 Courcon FRA 261.128 ( 1) James Zarei (GBR) 13 Jan 1944 23 Aug 1986 Chorley ENG 261.122 ( 1) Janos Bogar- 2 26 Jul 1964 21 May 1994 Szeged HUN 261.100 ( 1) Bernard Gaudin- 2 18 Sep 1949 14 Nov 1981 Niort FRA 261.054 ( 1) Yiannis Kouros- 7 13 Feb 1956 19 Apr 2008 Bergamo ITA 261.028 ( 1) Peter Samulski (GER) 14 Dec 1938 17 Aug 1990 Elze GER 260.973 ( 1) Alain Prual- 3 24 Sep 1959 01 Jul 2000 Gravigny FRA 260.895 ( 2) Helmut Schieke (GER) 28 Jun 1939 25 May 1990 Apeldoorn NED 260.750 ( 1) Konstantin Santalov (RUS) 03 Jan 1966 16 Oct 1983 Madrid ESP 260.559 ( 1) Paul Beckers- 4 22 Aug 1962 25 May 2001 Apeldoorn NED 50 260.180 ( 1) Valeriy Christenok (RUS) 27 Jun 1961 02 Nov 1991 Niort FRA 260.024 ( 1) Jean-Pierre Guyomarch- 2 05 Apr 1954 28 Aug 1993 Fleurbaix FRA Жнщины 243.657 ( 1) Sigrid Lomsky (GER) 16 Jan 1942 01 May 1993 Basel SUI 243.644 ( 1) Anne-Cecile Fontaine (FRA) 04 Nov 1971 02 May 2009 Bergamo ITA 242.228 ( 1) Lyudmila Kalinina (RUS) 12 Dec 1968 16 Jul 2005 Wцrschach AUT 241.006 ( 1) Irina Reutovich (RUS) 21 Jan 1950 18 Jul 1999 Wцrschach AUT 239.974 ( 2) Galina Eremina (RUS) 14 Feb 1953 16 Jul 2005 Wцrschach AUT 239.785 ( 1) Anne-Marie Vernet (FRA) 1967 18 Oct 2008 Seoul KOR 239.352 ( 2) Anne-Cecile Fontaine- 2 04 Nov 1971 18 Oct 2008 Seoul KOR 237.861 ( 1) Eleanor Robinson (ENG) 20 Nov 1947 03 Feb 1990 Milton Keynes ENG 237.645 ( 1) Edit Berces (HUN) 16 May 1964 19 Jul 2003 Wцrschach AUT 237.155 ( 1) Sumi Inagaki (JPN) 06 Apr 1966 23 Oct 2004 Brno CZE 10 237.244 ( 1) Sumi Inagaki- 2 06 Apr 1966 25 Feb 2006 Taipei TPE 237.052 ( 1) Irina Reutovich- 2 21 Jan 1950 11 Oct 2003 Uden NED 236.848 ( 1) Lyudmila Kalinina- 2 12 Dec 1968 28 Jul 2007 Drummondville PQ CAN 236.453 ( 1) Hilary Walker (ENG) 09 Nov 1953 27 Aug 1988 Preston ENG 236.284 ( 1) Irina Reutovich- 3 21 Jan 1950 03 May 1997 Basel SUI 235.596 ( 1) Brigitte Bec (FRA) 07 Apr 1964 25 May 2006 Brive FRA 235.013 ( 2) Galina Eremina- 2 14 Feb 1953 23 Oct 2004 Brno CZE 234.977 ( 2) Brigitte Bec- 2 07 Apr 1964 02 May 2009 Bergamo ITA 234.803 ( 3) Sumi Inagaki- 3 06 Apr 1966 16 Jul 2005 Wцrschach AUT 234.766 ( 1) Irina Reutovich- 4 21 Jan 1950 04 Sep 2004 Sasint Petersburg RUS 20 233.816 ( 1) Sue Ellen Trapp (FL/USA) 03 Mar 1946 18 Sep 1993 Sylvania OH USA 233.773 ( 1) Connie Gardner (OH/USA) 06 Nov 1963 17 Nov 2007 Grapevine TX USA 233.809 ( 1) Lyudmila Kalinina- 3 12 Dec 1968 06 Sep 2008 Saint Petersburg RUS 233.550 ( 1) Irina Reutovich- 5 21 Jan 1950 06 Sep 2003 Saint Petersburg RUS 233.307 ( 1) Lyudmila Kalinina- 4 12 Dec 1968 05 May 2007 Madrid ESP 233.137 ( 2) Brigitte Bec- 3 07 Apr 1964 28 Jul 2007 Drummondville PQ CAN 233.020 ( 1) Sumi Inagaki- 4 06 Apr 1966 24 Nov 2007 Soochow TPE 232.284 ( 1) Edit Berces- 2 16 May 1964 07 Sep 2002 Gravigny FRA 232.107 ( 1) Angela Mertens (BEL) 11 Nov 1941 15 Oct 1988 Heusden BEL 232.050 ( 2) Galina Eremina- 3 14 Feb 1953 11 Oct 2003 Uden NED 30 231.576 ( 2) Irina Reutovich- 6 21 Jan 1950 19 Jul 2003 Wцrschach AUT 231.510 ( 1) Marie Bertrand (FRA) 29 Jul 1957 17 Sep 1994 Courcon FRA 231.482 ( 1) Sigrid Lomsky- 2 16 Jan 1942 21 May 1994 Szeged HUN 231.356 ( 2) Lyudmila Kalinina- 5 12 Dec 1968 25 Feb 2006 Taipei TPE 231.193 ( 1) Irina Reutovich- 7 21 Jan 1950 02 Sep 2006 Saint Petersburg RUS 231.049 ( 1) Marie Bertrand- 2 29 Jul 1957 21 Sep 1996 Courcon FRA 231.008 ( 1) Sigrid Lomsky- 3 16 Jan 1942 29 May 1992 Apeldoorn NED 230.862 ( 2) Elena Sidorenkova (RUS) 02 Oct 1966 03 May 1997 Basel SUI 230.618 ( 1) Hilary Walker- 2 09 Nov 1953 23 May 1987 Feltham ENG 230.473 ( 1) Wynnie Cosgrove (NZL) 31 Aug 1962 07 Nov 1998 Niort FRA 40 230.288 ( 3) Galina Eremina- 4 14 Feb 1953 28 Jul 2007 Drummondville PQ CAN 230.275 ( 1) Ann Trason (CA/USA) 30 Aug 1960 16 Sep 1989 Queens NY USA

Ihori: Длительный бег – это основа подготовки к 90 км Джон Эрни Флесснер Насколько захватывает дух от самой идеи пробежать 90 км, настолько, если не больше, обескураживает процесс планирования подготовки к такому забегу и путь следования этому плану. Стандартный план подготовки к полумарафону для новичков рассчитан на 10 недель. Для марафона, чтобы заложить базу, потребуется минимум 17 недель. Большинство бегунов на это и рассчитывает. Исходя из собственного опыта, я не стал бы бежать марафон, если бы не потратил на усердную подготовку месяцев шесть, и это при условии, что у меня была бы прочная аэробная база. Первый раз, когда автор жил в Лесото, он готовился к марафону Flying Pig в Цинцинати. По возвращении и в своей первой попытке на этой дистанции он выиграл забег со временем 2:27. Но такого рода забеги значительно короче Комрадса. Комрадс – это два марафона плюс довесок в 5-6 километров на закуску. Соответственно, возникает вопрос, что же делать человеку, чтобы подготовиться к такой дистанции? У меня в этом плане было три преимущества, после того как я покинул в августе Штаты и приехал в Лесото. Первое – я уже раньше решил, что буду участвовать в этом беге, и сосредоточил все свои усилия на реализации этой идеи. Второе – я приехал в Мазеру, Лесото, которая расположена на высоте от 1500 до 1700 метров (5000 – 5500 футов), и все свои тренировки мог проводить в среднегорье. Третье – я жил далеко от дома и многих местных бегунов не знал, а поэтому не чувствовал давления от того, что «стал медленнее» на дистанциях 5000 или 10000. Все это, конечно, было хорошо, пока я не объединил эти преимущества с серьезным планом и не начал увеличивать расстояние. Душа моя всегда не лежала к записыванию тренировочных планов и к тщательному следованию им. По окончании моей строго расписанной программы соревнований по трековому бегу и кроссу в старших классах школы и в колледже, тренировки мои были мало упорядочены. Я поддерживал себя тем, что телу хотелось в насущный день: если это был 8-мильный негативный сплит (вторая часть дистанции бустрее первой), то и ладушки. Если просто 10-мильное стояние на ногах, то и слава Богу. Не хочу сказать, что я лодырь – все же 80-120 км (50-75 миль) в неделю на протяжении последних двух лет я делал. Но структура тренировок отсутствовала. Я сам подготовился к двум марафонам и пробежал их быстрее, чем за 2:30. Но Комрадс с точки зрения подготовки, я знал это, потребует более нечто большего. Чтобы войти в форму, в нее надо входить Когда я приехал в Мазеру, то не бросился стремя глаз сразу же выполнять рабочий план. К высоте надо было сперва привыкнуть, вникнуть в детали и подогнать программу к реальному месту. Поэтому первый месяц моей целью было просто выходить на улицу и каждый день топтать какое-нибудь расстояние. Идея оказалась неплохой, поскольку иногда высота и горки буквально выбивали напрочь из меня мое дыхание. Автор был американским национальным чемпионом по стипль-чейзу на 3000 метрах. Первый серьезный прорыв в моих тренировках случился в одно зимнее сентябрьское промозглое утро – это Южное полушарие, и времена года тут идут наоборот – когда курсировал по своему обычному маршруту. Я был хорошо экипирован и ощущения были прекрасные. Итак, я шел хорошим аллюром, когда рядом со мной поравнялся грузовичок-пикап и средних лет парень не заорал от туда: «Тебе надо побегать с нами!» Кто это был, я понятия не имел, но вид у человека был приятен, а сам он настойчив, и я дал ему свой телефон. Позвонил он позже в тот же день. Так я познакомился с группой юниоров, которую тренировал бывший олимпиец, успешно выступавший за Лесото на Играх 1980 года в странном дубле 800 метров/марафон! Я встречался с ними примерно раз в неделю, не важно, был ли это их день прикидки на скорость или работа на горках. И план мой начал вырисовываться. А поскольку в группе в основном были еще неопытные ребята, я также делился с ними и своим опытом – была компания талантливых подростков и бегунов чуть больше за двадцать, которые рассчитывали когда-нибудь уйти в профессионалы местного или международного уровня и тем начать зарабатывать себе на жизнь. Называлась группа Лесото People's Running Club (Народный Беговой Клуб Лесото). Там также были и бегуны постарше, готовившихся к длительным пробегам, подобно Комрадсу, или желающие впервые в своей жизни набрать хорошую форму. Очень приятные и упорные люди. Они были рады принять меня в свои ряды, а я был рад, что они помогали мне набрать силу на горках Мазеру. А горки эти, я надеялся, я еще помяну добрым словом на чередующихся один за другим холмах Комрадса. Горки Мазеру расположены в среднегорье и являются идеальным полигоном подготовки к известному своими холмами марафону Комрадс. Второй большой прорыв случился, когда я встретился с двумя парнями из Южной Африки. Они жили здесь и работали в крупном южноафриканском банке с филиалом в Лесото. Деон бегал Комрадс 18 раз, Майк – 14, и после того, как нас познакомили, мы несколько раз в неделю стали бегать вместе. Как банкиры, похоже, они были в восторге от моей побудки в 5:00 для утренней пробежки, но их опыт подготовки к Комрадсу стоил того! А кроме того, они познакомили меня с офигительными подготовительными ритуалами, через которые южноафриканцы проходят каждый год перед этим забегом, поделились своими тренировочными планами и помогли сконцентрироваться на важном – на длительном беге. А в длительном беге-то вся и соль Я уже давно отдавал дань еженедельному длительному бегу, следил за регулярным набором объемов. Но подготовка к Комрадсу заставила пересмотреть весь привычный ход мыслей. Вначале, дневник моей подготовки к забегу может создать впечатление дикой непоследовательности. Недельные объемы прыгают от 30 до 65 или 70 миль (50 – 100-110 км). Но общие объемы , что важно, не отражают всей картины. В подготовке к забегам, подобно этому, основным является длительный бег. А поскольку мой подготовительный период к Комрадсу являлся наиболее длительным из всех пройденных мною подготовительных периодов, в нем и число дней отдыха тоже наибольшее. Частично это результат подгонки бега к сумасшедшему и непредсказуемому поиску программы, который заносил меня в различные места этой страны с крутым горным рельефом. А также результат того, что длительный бег зачастую был длиннее классических марафонских дистанций и требовал дополнительного восстановительного отдыха. Несмотря на то, что недельные объемы здорово колебались, почти не было недели, в течение которой я пропускал бы бег длительный. Пропуск 10-12-километрового бега среди недели не значил ничего, но пропуск длительного бега был недопустим. Я жонглировал своими рабочими программами, но упор делал на длительный бег, даже если приходилось бежать одному в утро пятницы или в другой день недели. Начиная с сентября, я довел свои длительные до 13-14 миль (21-23 км). За 8 месяцев до старта и на высоте это было нормально. Но я знал, что надо прибавлять. За несколько первых месяцев, когда мои длительные стали укладываться в диапазон 13-18 миль (21-29 км), я уже смог бегать семь дней в неделю, если позволяли ноги и если это соответствовало рабочей программе. Длительные я проводил в субботы, после холмов во вторник и коротких фартлеков или скоростных работ в четверг. Но скоростной работы было меньше, чем холмов. Воскресенья были для восстановления – а это 4-5 миль (6.5 - 8 км) или полный отдых, все определяло состояние ног и общее самочувствие. Если я чувствовал, что все нормально, то бежал, если нет – то отдыхал и переносил все на понедельник. На переломе 2008-го года на 2009-ый мне надо было начинать увеличивать дистанцию длительного бега (и пробежать марафон, чтобы классифицироваться в Комрадс, доказав, что ты смог преодолеть, по крайней мере, 42 км в последнем году). Один бег я провел в конце ноября, на 23 км в соседнем южноафриканском городке, где мы бежали вокруг ровного плато, начав и завершив свой бег в том же городке (с подъемами и спусками в 600 футов – 200 метров). Я показал вполне приемлемый аллюр 6:00 мин/миля (3:44 мин/км), и своей формой остался доволен. Но знал, что только начал подбираться к тому, чтобы пробежать Комрадс успешно. Цель была в районе 6 часов 30 минут (немного быстрее 7:00 мин/миля = 4:20 мин/км). К счастью, мои южноафриканские друзья тоже следовали похожей программе, и наши длительные становились все длиннее и длиннее. Уже не задумываясь мы стали совершать 30-километровые круги в окрестностях Мазеру, и собирали все основные горки (под основными я подразумеваю подъемы длительностью в ¾ мили = 1200 м, с набором высоты в 400 футов = 125 метров; это была самая большая). Такая база выносливости стала фундаментом для некоторых более длинных сумасшедших длительных, что и позволило нам выйти на линию старта 24 мая. продолжение еще будет (должно быть)... ________________________________________ Джон Аэри в течение последних нескольких лет жил между Лесото и С.Луисом, Миссури. Вырос в Цинцинати, Огайо, колледж – в Гриннеле, Айова. Два года преподавал в школе на Аляске. Пробежал три марафона. Комрадс – его первый ультра.

С. Петрович: прикольно читать, спасибо

Ra: Ihori, хорошая статья, дайте ссылк на исходник, плз.

Ihori: Вышеприведенный кусок находится по адресу http://runningtimes.com/Article.aspx?ArticleID=16550&PageNum=2

Ihori: История сноса барьеров в известном южноафриканском ультра Джон Эрни Флесснер Этот забег – ярчайшая страница череды спортивных событий Будь то 5000, марафон или дистанция подлиннее, люди собираются вместе чтобы посоревноваться, обменяться впечатлениями, чтобы дружно посеменить ногами в достижении определенной цели. Некоторые соревнования с затрапезным статусом переходят в разряд более престижных, которые уже начинают замечать и небегуны. В Штатах таким золотым стандартом стал Бостон, за ним с незначительным отрывом идет Нью-Йорк Сити-марафон. Комрадс – это из того же разряда, но в Южной Африке. Как я уже упоминал в начале моих записок, учителя старших классов в селах Лесото спрашивали меня, когда (речь шла не о планах вообще, а конкретно) – когда я поеду на Комрадс. Если я говорил о своем намерении поехать на Комрадс людям из Штатов или из Европы, и долго объяснял, что это такое, то южноафриканцы в основном одобрительно кивали и принимали мою идею как должную. Мол, считает человек себя бегуном, захотел побегать – так это нормально. Событие полностью охватывается телевизионным вещание от и до. Трансляция длится 12 часов, до финальной отсечки. Идет полный обзор всего длинного дня, который первые финиширующие, уже в течение многих лет, завершают через пять с половиной часов от начала. Журнал Комрадс-магазин за 2003-й год тогда так всех и оповестил, что 3.5 миллиона человек смотрели этот забег частично, многие из них смотрели непрерывно до момента пересечения финишной черты победителями, а большинство -- что удивительно -- в течение последнего часа, когда замыкающие вели напряженнейшую борьбу сами с собой, борьбу за достижение финиша до окончания двенадцатого часа. Некоторые это смотрят, чтобы увидеть крушение чьих-то надежд, но большинство – чтобы насладиться воистину «реальным шоу» -- увидеть таких же обычных людей, которые идут к своей цели и добиваются того, что зачастую им раньше казалось нереальным. Комрадс всегда был большим по значению, чем любой другой забег, даже такой, с глубокими корнями и традициями, как Бостон. Стартовав в 1921-ом году в честь товарищей, павших в Восточной Африке в Первой Мировой, Комрадс всегда был больше, чем просто бег. Согласно своему девизу «Бег Величайшего Человечества», Комрадс проверяет людей на силу, волю и способность к преодолению. Это выглядит почти анахронично – забег проходит от и до между двумя большими городами. Отголосок тех времен, когда за отсутствием колесного транспорта людям приходилось совершать длительные пешие путешествия, чтобы добраться из одного места в другое. Для многих из нас те времена скрылись в дымке прошлого (тем не менее, в Лесото, где я живу сейчас, еще многие, чтобы навестить друзей, поприсутствовать на похоронах или чтобы встретиться с семьей, вышагивают часами до отдаленных деревень, куда дороги не доходят). Но, кроме жесточайшего теста физических возможностей человека, Комрадс является и культурным событием, не имеющим равных, он отражает бурные коллизии южноафриканской истории ХХ века. Будучи частично событием, чествующим павших в войне, первый Комрадс был проведен в «День Империи» -- был такой национальный праздник в конце мая. Начиная с 1909-го года Южная Африка стала скорее независимым членом Содружества, чем конкретной частью Британской Империи. Тогда четыре провинции объединились в Южноафриканский Союз. Однако, в 1960-ом Южная Африка, из-за диспутов с Великобританией по поводу своей расовой политики апартеида, из Содружества вышла. С 1962-го по 1994-ый Комрадс проводился 31-го мая, в официальный праздник, называемый «Днем Республики», в честь того, что Южная Африка стала самостоятельной в 1960-ом году. А по устранении апартеида в начале 1990-ых, новое правительство этот праздник отменило, и организаторы перенесли дату забега на 16-ое июня – День Молодежи, названный так в честь памяти обширного восстания студентов в 1976-ом в Суэто, явившегося первым звоночком отмены режима апартеида. В последующие годы день старта менялся по политическим предпосылкам, но забеги 2009-го и 2010-го годов были перенесены на конец мая во избежание конфликта с Кубком Конфедерации и Кубком Мира по футболу. Символика выбора дней старта не была не замечена участниками, особенно в дни апартеида, когда Южная Африка бойкотировалась международными спортивными обществами и те, кто приезжали на забег, не избегали последующих санкций. Но, даже если не было бы бойкотирования, Комрадс до 1995-го годы оставался строго любительским соревнованием без денежных призов (даже сравнивая результаты победителей, вы не смогли бы догадаться, когда тут впервые появились «профессионалы»). Даты старта отражали политическую ситуацию в стране, но сам забег проводился вегда. Но, не смотря на чехарду стартовых дат, Комрадс всегда был забегом, опережающим время. Он появился на полвека раньше первого бегового бума 1970-тых. До 1975-го года женщинам в нем официально участвовать не разрешалось. Но только шесть лет спустя NCAA (Национальная ассоциация студенческого спорта) начала спонсировать чемпионаты среди женщин в Штатах, а первогый Олимпийский женский марафон был проведен через девять лет. (Конечно же были передовые женщины, которые приезжали бегать и раньше. Так, Франсис Хайворд бежала в 1923-ем, а Гералдина Ватсон завершила три Комрадса в 1930-тых, один из них – бег 1933-го года с довольно приличным результатом в 9 часов, 31 минуту). 1975-ый год также стал и годом, когда, несмотря на расцвет эры апартеида, впервые к участию был допущен небелый бегун. (Раньше некоторые цветные бегали «контрабандой», подделав номера). Случайно первым официальным цветным участником стал парень из Лесото. Это был Винсент Ракабеле. Это было в 1975-ом. Он пришел двадцатым. А первый небелый чемпион – Сэм Тшабалала – пересек финишную линию в 1989-ом, за год то того, как Нельсон Мандела был выпущен из узилища. Сегодня, в демократической мультинациональной стране, Комрадс открыт для всех – будь ты черный, белый, индеец, любой заморский гость или любой житель Африки. Вокруг события все еще продолжают плестись некие политические интриги, но основную идею, что это есть высочайший тест человеческого тела и силы воли, не оспаривает никто.

Ihori: Погружение в дистанцию Джон Эрни Флесснер продолжение Окончательная подготовка бегуна к 90-километровому марафону Комрадс …А дальнейшие мои тренировки развивались дальше следующим образом. В дополнение к еженедельному стандартному длинному бегу я определил для себя несколько ключевых забегов, входящих в мою подготовку к Комрадсу и физически, и ментально. (В конце концов, когда я эту подготовку начал, я никогда не пытался соревновательно бегать на дистанциях, длиннее марафона). Во-первых, мне надо было пробежать квалификационный марафон. Его я запланировал на первые выходные марта в южноафриканском приграничном городке в полутора часах езды от Мазеру, в Лесото, где я тогда проживал. Затем я запланировал два более длинных пробега, примерно по 50 км. Их я собирался провести в конце марта и в середине апреля. Их цель была— подготовить тело к еще более выматывающему бегу и внушить мозгу, что марафонский стандарт – это только начало, но не конец. Первые 50 км я задумал пробежать в Мазеру, и если мне понадобится помощь, я смогу ее получить на моем первом ультра! Второй 50-км забег должен был начинаться и оканчиваться в туристском приюте в горах, на высоте 6000 футов (1860 метров), и для полного счастья проходить по нескольким крутоватым горкам. В отличие от моих южноафриканских друзей, других забегов я не планировал. Хорошо, что наша группа длинного бега состояла из трех человек: иногда одному или другому из нас приходилось отсутствовать, но у остальных всегда оставался компаньон, чтобы встретиться в субботу и сообща окунуться в длинный бег. И Майк, и Деон, как ветераны Комрадса, имели в графике свои собственные забеги для подготовки и оценки физической формы. Некоторые были просто уже проверенные ранее забеги типа на 32 км в окрестностях Блёмфонтайна, ЮАР, или 50 км возле Йоханнесбурга. Утроим удовольствие. Существует специфический вид соревновательного бега (говорю только на основе впечатлений других), предназначенный выработать у спортсмена абсолютную брутальность и подготовить его физически и ментально к суровому испытанию Комрадсом. Называется он три-в-одном и требует ультрамарафоннского сознания. В 6:00 по гудку начинают марафон. Все участники покидают стартовую линию и отправляются в свои 26.2 мили (42.195 км). По окончании все собираются вместе – болтают, едят, пьют, дают отдых ногам, и делают все, что все бегуны делают после всех марафонов. Но трудовой день продолжается. В 13:00 ( в час дня, ваше превосходительство!) те же бегуны выстраиваются на старт снова и отправляются в полумарафон! Это после марафона-то! Все по-взрослому – стартовые пистолеты, знамена на финише, протоколы-результаты. По окончании все снова собираются вместе (большинство уже на скоростях, меньше марафонских). Снова болтают, едят, пьют, отдыхают и т.д. и т.п. Словом – идет все, что происходит после полумарафона. Но и это еще не все. Где-то от 17:00 до 18:00 все снова идут на старт, и – пожалте! – 10К! Пистолеты, знамена, результаты. Но это уже после марафона и полумарафона! Но все уже понимают, что десятка – это на сегодня все. 45 миль (73.293 км) добросовестно остаются позади. Ребята, с которыми я продолжал бегать, клялись, что лучшей подготовки к Комрадсу быть не может. И я могу понять, почему. Комрадс – это тяжелая работа. Тело должно бежать непрерывно шесть, семь или даже 12 часов подряд. (Более половины финиширующих участников Комрадса завершают бег именно в этот последний разрешенный час; но это чтобы вы не думали, что сюда приходят только беговые таланты-суперчеловеки). Здесь проверяется умение питаться на дистанции, потреблять достаточное количество жидкости. И все для того, чтобы поддерживать свой бег в темпе, позволяющем пройти сквозь финишный створ раньше выстрела, отмечающего окончание 12-го часа, т.е. до закрытия финиша. Здесь проверяется умение не начинать слишком быстро и оценивать физические пределы тела. Три-в-одном -- вещь хорошая, но не будучи законченным 100%-ным сверхмарафонцем, к сожалению должен сознаться, что на себе эту прелесть не испытал. Возможно, когда-нибудь потом… Путь к совершенству Я должен был определиться со своими длинным забегами. Марафон, который я выбрал, назывался «Отступная горка» (Surrender Hill), по топонимике горы, где буры сдались на милость британцев в Южноафриканской войне 1899-1902 годов. Начинался он на высоте 6000 футов (1860 метров) и имел три длинных тягуна (по 5-6 км) и три длинных спуска. Итого, общий подъем составлял около 1700 футов (530 метров). Честно говоря, это не был марафон для установки личных рекордов! Но зато это был хороший тренировочный бег, определенный индикатор, поскольку, если кто-то мог продержаться достойное время на таком маршруте, то уровень подготовки того-то был достаточно хорош. Я начал немного медленнее некоторых бегунов, но смог обойти достаточное их число на второй половинке. Цель моя была пробежать из 3 часов. Это давало возможность начинать Комрадс из сектора «А». Несмотря на высоту и горки, которые меня здорово поизмотали на последних 6 км, цель была достигнута с результатом 2:51. Впереди остались трое полупрофессиональных бегунов из Лесото (призовой выигрыш не шел дальше третьего места), но из любителей стал первым. Настроение заметно улучшилось. Одним из преимуществ бега на высоте оказалось то, что не удавалось выложиться полностью и измотать себя, как я делал внизу на уровне моря. Марафон был трудный, но не настолько труден для ног, как мои марафоны в Штатах на нулевой высоте, где результаты были из 2:30. Через два дня после него я уже был готов к легким пробежкам. А через две недели я решился на свой первый полтинник (50 км). Оба мои партнера в то время уехали из города, а я вышел из дома в 6:00 промозглым осенним утром конца марта и отправился в свой первый ультамарафонский бег-соло! У меня было с собой несколько пакетиков питательного геля, по поллитра воды в каждой руке и джи-пи-эс. Начал я спокойно и легко. А когда подобрался к подножию одной из гор на выходе из города, красочно взошло солнце. Я бежал один, разве что кроме момента, когда в конце приятного пятикилометрового участка пересекся с одним местным бегуном, вышедшем на утреннюю субботнюю пробежку. С удивлением я фиксировал свои прекрасные ощущения даже на отметках 40 и 45 км. Частично я прошел пешком пятикилометровый подъем в крутую горку. Но развитие способности прислушиваться к своему телу и переходить для разнообразия на шаг, когда это требуется, является неотъемлемой частью ультрамарафонской подготовки. Поэтому это был действительно идеальный бег, и он значительно укрепил мою уверенность в себя. Вид мой был немного чудаковатый, когда в 9:30 я возвращался назад через один из промышленных районов (высокий блондинистый янки, притягивающий к себе внимание некоторых окружающих), но в целом бег был замечательным. Потом – немного сна, три приема пищи в течение 6 часов, и я стал как огурчик. Тренировка по расписанию. Жизнь прекрасна. Чудные выходные Между моим первым 50-километровиком и вторым приходилась пасхальная неделя, которая здесь в Лесото и в Южной Африке является длинным национальным праздником. Многие бегуны Комрадс едут в эти выходные в Южную Африку на пробег Два Океана (56 км) – другой известный ультрамарафон. Но я остался в городе. Майк сказал, что обычный его план на Пасху – совершить длительные в течение трех дней этого четырехдневного уик-энда. Тренировочные планы он-лайн рекомендовали, как идеальную подготовку, длительные забеги подряд, и я решил это попробовать. Мы сделали полумарафон в пятницу. В субботу мы отдохнули. В воскресенье мы встретились и выполнили 31 км на рассвете, а зашлифовали все еще одним полумарафоном в понедельник. Но все не быстро. В целом такой бег подготовил мои ноги и голову к тому, чтобы просто выйти и встать на дистанцию. Странно было ощущать, как хорошо тело справляется с нагрузками. Уверенность моя еще более окрепла. Но в беге, как и в жизни, не все всегда так гладко. Второй полтинник должен был оказаться посуровее первого, потому что для него я выбрал более трудную реализацию. В пятницу, после полного рабочего дня в университете, я выехал в один из наиболее популярных туристских приютов. Место называлось Малеалеа. Я знал владельцев и сообщил им заранее, что собираюсь делать. Конечно, покрутили пальцем у виска и решили, что я немножко того. Тем не менее, с большим удовольствием позволили воспользоваться своим гостеприимством. К несчастью, за неделю до этого словил легкую простуду, но работа и график поездок позволяли пробежать эти 50 км или сейчас, или никогда. А без такого бега ехать на Комрадс не хотелось. Маршрут проходил по грунтовке, пропускающей в среднем через себя машины три за день! Уже сейчас по воспоминании, я понимаю, что надо было повернуть назад после 20 км, а не после 25, и идти назад след в след. Тело мое оказалось вымотанным до предела уже по завершении марафонской дистанции, а оканчивал я свой «бег» уже пешком. Всю воду, что прихватил с собой, я высосал полностью. На мое счастье, в то же самое время один хороший местный паренек из старшей школы прогуливался возле своего дома, вот он-то с радостью и показал мне, где жители деревни берут воду. (Во многих селах Лесото есть коммунальные колонки, из которых жители и наполняют ведра, а потом несут их на голове домой). И я наполнил свои бутылки вновь, что было сродни обретению второй жизни. А после колонки он еще раз взглянул на меня и указал до приюта кратчайший путь. И сказал, что мне лучше пойти именно так, поскольку так будет быстрее, чем идти по дороге! Спасибо доброму человеку, несмотря на то, что мне пришлось сперва идти по склону горы, пересекать небольшой ручей и вновь карабкаться в гору. Я не спросил, как его зовут, но за помощь ему очень благодарен. Итак, я оказался на финальном этапе моей подготовки, включая неудачу в горах Лесото и свою простуду. С длительными бегами на том покончено. Работы в горку тоже завершены. Фартлеки ушли в прошлое. Остается все это переварить, собраться и начать переставлять ноги, одну за дугой, одну за дугой, на протяжении 90 километров. А учитывая, что мне удалось узнать от опытных бегунов Комрадса, добавив сюда сотни повторений бега в горки с замечательными молодыми бегунами Лесото, вспомнив твердость моего решения 10 месяцев назад, а также держа в уме бесконечные пробежки здесь на высоте, я мог заявить – да, к пробегу я готов. В 5:30, 24-го мая, я выйду на стартовую линию вместе с 11 тысячами таких же других, перед которыми стоит та же весьма человеческая цель: переместить наши тела из одной точки в другую за счет нашей собственной силы. Вещь весьма примитивная, но и современная. Как только тысячи лет назад человечество решилось слезть с деревьев и твердо встать на землю, люди не переставали бегать. Возможно, наши предшественники не вкладывали в понятие бега тот же смысл, что вкладываем мы теперь, но, думаю, мы поняли бы друг друга в том, что бег – врожденная приятная активность, не важно, для поддержания жизни ли, для выживания или просто для удовольствия. И, несмотря на то, что теперь у нас есть различные научные методы тренировок, навороченная обувь, специально разработанная пища и питьё, основная цель бега за эти тысячи лет не изменилась – мы все бежим, чтобы стоять на ногах. И будь то изгнание наших маленьких внутренних демонов, любование пейзажами, борьба за то, чтобы стать первым, или желание окунуться в приятную дружественную атмосферу других бегунов, каждый, кто завершил Комрадс – победитель. И себя, надеюсь, увидеть среди них ранним вечером 24-го мая.

Ihori: Джон Эрни Флесснер Корреспондент Running Times Magazine описывает свое участие в южноафиканском сверхмарафоне Бег на протяжении 56 миль (90 км) приводит к изменению формы рационального мышления. Где-то между 39-ой и 40-ой милями (63-65 км) в голове моей возникла замечательная мысль: «А ведь ты, парень, уже ушел на полмарафона дальше марафонской дистанции!» На тот момент это показалось достойной отметкой. К счастью, из-за ментального настроя, мозг не сделал из «открытия» полный вывод Бежать еще оставалось полумарафон и 3 мили (=5 км). Часто про Комрадс говорят, что другого такого забега не найдешь. А поскольку это был мой первый ультра, испытать на нем мне довелось гораздо больше, чем в любом другом беге. Физические испытания на 56-мильной дистанции чудовищны, но ментальные испытания оказались более суровы. Тело еще это осилить может, была хорошая подготовка, но устоять психологически тяжело. Были моменты, когда мне приходилось останавливаться, чтобы потянуться и снять судороги с ног в том или ином месте, или запрашивать возле пункта освежения энергетический напиток. Бывали и времена, когда совершенно пропадало желание и воля продолжать бежать, и приходилось некоторое время идти пешком. Ну, и как все это продолжать, когда ты сменил бег на шаг, а остальные бегуны начинают тебя обходить? В процессе я обнаружил три источника, которые меня взбадривали бы и заставляли ноги двигаться быстрее. Первое – на протяжении почти всего пути были зрители. А наличие зрителей к чему-то обязывает. Они хотят видеть тебя бегущим, и своим энтузиазмом требуют, чтобы ты, пусть и через боль, начинал бежать. Именно поэтому за 14 миль до финиша (=22.5 км), когда я обнаружил себя замешкавшимся на перекрестке после некоторого пешего участка и припал к земле на обочине, мне удалось представить, что я снова выхожу на стартовую линию и снова начинаю свой бег. Такая театральная драма толпе понравилась, и она разразилась восторженными криками. Второе – ты делаешь это, потому что осознаешь, как далеко уже зашел и сколько тренировочных усилий на все потрачено. И когда часы продолжают неумолимо тикать и показывать, что ты еще укладываешься в рамки поставленной цели, ты уже не можешь идти пешком дольше, чем надо. И не важно, насколько сильно выказывают мышцы ног свой протест, или насколько медленно по твоим ощущениям ты начинаешь передвигаться. Есть цель, которая ведет тебя преодолевать боль, утомление и подавлять внутренние голоса, уговаривающие продлить успокаивающую ходьбу. Но третий, и более важный мотивирующий фактор, - это соревнование, те другие бегуны, что соревнуются с тобой. Марафон Комрадс начался как память не вернувшимся домой павшим Первой Мировой, но сейчас, продолжая чествовать их души, Комрадс – это единение на трассе с другими атлетами. Я прошел через много разных соревнований, но никогда не доводилось мне быть в гонке, когда другие участники помогают тебе ее преодолеть, даже если в результате ты окажешься на финише впереди них. Автобус На Комрадсе группа бегущих вместе людей, которые несут воду друг для друга, вдохновляют снова начинать бег и тержать темп, называется «автобус». Как я понял, такие «автобусы» для хорошего финиша являются абсолютно необходимыми, и очень хорошо бываает к ним пирмкнуть. В автобусе может быть и два бегуна, а может быть и 200. Но это единая группа, которая опекает своих членов, пока те бегут вместе с остальными. В начале бега, когда еще прохладно, солнце не встало, а шаг легок и свободен, особой нужды в автобусах нет. Когда мы огромной лавиной вышли из Пьетермарицбурга по темным улицам, ощущение от многочисленности, разнообразия и восторженности местных беговых обществ было оргомным. Несмотря на холод и ранний старт в 5:30, зрителей было очень много. Очень впечатлил волынщик, который провел нас по улице на выходе из городка, задавая тон и мелодию всему путешествию – торжественную и печальную, но полную жизни. Когда мы выбежали из города, над Индийским океаном показалось солнце, начали всплывать облака, которые, к нашей радости, возможно, немного сдержат температуру воздуха позднего утра и продстоящего дня. В первый свой автобус я «запрыгнул» где-то на 9-ой миле (=14-ом км), когда поравнялся с приятелем, преодолевшим немало горок со мной в Мазеру, Лесото. Мы приятно поболтали, и следующие 3 мили пролетели незаметно. Ему пришлось отстать, и наш автобус, к сожалению, распался. Дальше в хорошем расположении духа я продожил один. На номерах, которые выдают на Комрадсе, пишут имена участников, а по цвету номера отличаются для участников, преодолевших листанцию 10 или 20 раз, для международных бегунов, для тех, кто бежит первый раз и т.д. и т.п. Поэтому на 15-мильном отметке (=24 км) голос с британским акцентом окликнул меня: «Джон, дружище, откуда ты?» Так начался наш более чем 6-мильный (=10 км) автобус с парнем из Ангилии, которого звали Ян. Комрадс он бежал третий раз. У нас состоялась перкрасная беседа, и бег наш проходил в комфортном темпе до моего пит-стопа. Он ушел вперед, но потом мы снова пересеклись еще на несколько миль, пока он снова не убежал вперед, чтобы показать свой лучший результат. Эти ранние автобусы были полны интересных бесед и восторга от пейзажей незамысловатой сельской местности на протяжении первой половины пути. Но поздние автобусы оказались важнее. Где-то на середине (немножно после нашего первого сегодняшнего марафона) мне довелось бежать вместе с опытным бегуном Лоренсом из Южной Африки. У него за поясом уже было полно Комрадсов. В основном мы обсуждали свое самочувствие и планы как бежать предстоящий холмистый участок. На одном пункте Лоренсу не удалось подхватить воду, но я взял дополнительно и передал ему пакетик, а он, свою очередь, поделился остатками с другим бегуном, который тоже прозевал столик с водой. Вот такая взаимовыручка, когда вы бежите вместе. Но в конце концов, по какой-то причине Лоренсу пришлось сделать пит-стоп. Наш автобус распался, и я продолжил один. Вперед к Дурбану После середины я почувствовал, что ноги начинают тяжелеть – не удивилельно, если позади остался более чем мрафон по холмистому рельефу. На 13-ой миле от начала (=21 км) мы достигли высоты в 2700 футов (=840 м) и теперь продожали свой извилистый путь вниз в Дурбан, лежащий на отметке уровня моря. Поэтому пришлось бежать по нескольким серьезным участкам вниз, чередующимся с небольшими подъемами. Впервые меня здорово вставило за 22 мили до финиша (=35 км). Хорошо, что это случилось вне пригородов Дурбана. Ближе к Дурбану собралась огромная толпа поддержки и я оказался вместе с молодым южноафрикацем и северной провинции Лимпопо, который тоже бежал свой первый Комрадс. Он подхватил меня, после того, как я остановился на одном из пунктов попить воды и колы, а я поддерживал его беседой, когда мы преодолевали небольшую горку, когда ему тоже поплохело. Беседа наша было более короткой, чем та, что я вел раньше с Лоренсом. Я даже не успел запомнить его имя, но на следующем пункте мы подобрали еще двух парней. Они тоже вязли. И у нас на 2 мили получился автобус уже четырехместный. Жалко, что он распался, и на оставшихся 17 милях (=27 км) я снова остался один. Остаток любого бега, вне зависимости от расстояния, -- тяжелая утомительная работа. Особенно это заметно, если ты бежишь более пяти часов. Последние полтора часа были весьма суровы. Некотрые мили удавалось проходить с хорошей скоростью, но за ними следовали мили, когда каждый шаг давался болью и агонией, и нужно было по капле собирать концентрацию, чтобы переставлять ногу. В такие моменты уже не поболтаешь. Зачастую мне удавалось только показать ребятам, которых я обходил, большой палец – мол, «Во! Молодец!». Но и это весьма ценилось. На этих 10 милях остатка (=16 км) тело мое воистину распадалось на части, и воля к продолжению бега уходила и уплывала, как земля позади. Подъемы напрочь сбивали дыхание, на спусках каждый шаг, казалось, вырвет четырехглавые мышцы из-под кожи наружу, ровные участки тянулись бесконечно. Последний перегон Я быстро увядал по мере приближения к последнему холму на трассе, маленькому противному подъему под названием Толлгейт, находящемуся в 3.5 мили (6 км) (что б его!) от финишной линии. На протяжении 2 миль я чередовал бег и ходьбу, и заставлял себя собраться и перейти на непрерывный бег, как вдруг на ровном участке перед холмом один парень, бежавший уже давно где-то рядом, разом рявкнул: «Давай, нечего! Поехали!». Его звали Фадима Серока. Он и раньше справлялся о моем самочувствии, когда у меня прихватило икру. Оказалось, он заканчивал этот бег 12 раз и 11 раз был серебряным медалистом (финиш из 7:30). Его команда как раз оказалась тем нужным мне кнутом, других увещеваний я уже не понимал. И вскоре шарканье мое набрало нужный ритм. Фадима был терпелив со мной. Перебравшись через перевал, мы постепенно набрали скорость. А дальше, я и не заметил как, оказались на улицах центра Дурбана. Это был последний автобус, который мне был нужен. И я не собирался из него выходить здесь, перед собравшейся толпой с уже угадывавшимся впереди финишем. И мы прорывались сквозь городские улицы, и опередили нескольких человек, которые не смогли запрыгнуть в наш автобус. Казалось, мы бежали очень быстро, а позже, посмотрев на свой джи-пи-эс, я увидел, что моя 55-ая миля была пройдена за 7:07 (4:25 на км), такую скорость я не мог показать с 34-ой мили (58-ой км)! Я бы сказал, что Фадима смог протащить меня через финишную черту, но это не так. Перед табло, указывающим, что остался 1 км, бензин мой полностью кончился. Я встал, а приятель мой побежал дальше без меня. Я немного прошел, но вскоре побежал вновь к финишу по дурбанскому стадиону для крикета. Наблюдая за временем Фадима в режиме он-лайн, я понимал, что он дотащил меня до финиша на несколько минут быстрее, чем это сделал бы я сам, но подтаскивая меня, он в сою очередь сам прибавил на последнем участке и на 4.5 милях опередил 6 парней из своей группы 40-45. Получается, что автобусы помогают и пассажирам, и водителям! Фантастический финиш Сперва я растянулся на траве финишного участка, выпил энергетического напитка, похлебал суп с хлебом, потом пошел на участок, где сидели зрителеи. Понаблюдать за концом гонки тоже было интересно. В отличие от американских забегов, где драма в основном заканчивается после трех или десяти финиширующих, или по завершении бега твоего знакомого, финишная драма Комрадса повторяется вновь и вновь. Система медалей с различными временными отсечками приводит публику в возбуждение волнами через каждый час или полтора, в зависимости от перехода бегунов в ту или иную градацию. Тот, кто бежал в середине соответствующей группы, работал изо всех сил, и свою медаль – цель которую он себе поставили – он получили. Но тот, кто ставил целью получить серебряную медаль (результат из 7:30), а приходил минутой позже, попадал уже в градацию Билл Рован (результат от 7:30 до 9:00) и испытывали глубокое разочарование. Поэтому, как только приближалось время соответствующей временной отсечки, толпа ревела, подгоняя бегунов достичь финиша раньше, чем это сделают неумолимые часы. По временным отсечкам гонка собирала свои собственные автобусы. И все они, под одобрительный рев толпы, приходили по расписанию. А толпа приветствовала бегунов в их великолепном и порой небезопасном финише. А такие восхитительные картины, когда сотня бегунов бежала вместе и заканчивала свой бег вместе и достигала вместе своей общей цели, будь то 8 или 11 часов, воистину вызывали вдохновение. К счастью, теперь я мог расслабиться на травке и просто наблюдать эту пьесу с реальными людьми. Хотя я и не достиг своей поставленной цели 6:30, бег свой я закончил с вполне достойным для дебюта временем 6:53, что соответствовало 177-му месту. А было в тот день финишировавших 10 006 человек. И все, от разрыдавшегося чемпиона из Зимбабве со временем 5:23 до последнего финишировавшего тютелька-в-тютельку за 11:59:59, который преодолел свою 11-летнюю героиновую зависимость, -- каждый был победителем. Комрадс – это такой забег, который каждый серьезный бегун должен пройти хотя бы раз. Суть его сконцентрирована в девизе «Высочайший Бег Человечества».

ROM: про автобусы! В велоспорте - спринтерские "поезда", на Комрадсе - "автобусы".

Ihori: Я бегун. Это часть моей личности, может быть за исключением того зыбкого периода детских воспоминаний, когда я еще не ощущал зов натягивать кроссовки каждый день и выходить на улицу. Мне 29 и бегаю я с того момента, как впервые протрусил по гаревой дорожке в 7-ом классе вместе с командой таких же школьников. Несколько лет после колледжа я бегал ради удовольствия, но в последние годы взялся за тренировки и за соревнования всерьез. Аспирантура заставит, даже если не захочешь. Когда я работал над кандидатской по африканской истории, то почувствовал, что чтобы не съехать с катушек, нужно было заиметь какое-нибудь хобби. И единственное, что я смог придумать, это набирать мили, работать в поте лица своего и заявляться на соревнованиях. Лесото – это горное королевство, даже низшие точки которого выше низшего уровня земли любой страны мира. В академическом году 2008-2009 я оказался там. Страна имеет около двух миллионов жителей. Она полностью окружена территорией Южно-Африканской Республики. Там я собирал материал по молодежным направлениям времен независимости. И бегал. Столица Лесото – Мазеру, там я и жил – оказалась неплохим городком с 200 тысячами жителей. Город расположен на высоте от 5000 футов (=1550 м), где было мое жилище, до 5500 футов (=1700 м) на верхушке горы – там они возводят новое здание местного парламента. Также это отличное место для повторного бега в горку. Бег – прекрасная штука, когда ты привыкнешь к высоте и постоянным холмам. Плоских участков здесь нет, и для подготовки к марафону Комрадс место это – самое оно. Комрадс – событие неординарное. В Южной Африке оно стоит под номером 1. Его девиз «Весочайший Бег Человечества». В отличие от Штатов, где марафон считается экстримом, здесь, чтобы прикоснуться к экстриму, тебе надо выложиться полностью. Простой марафон достаточно короток, его топчат многие. А в Южной Африке каждый спорт – экстрим. Национальные виды спорта здесь – особый крикет, который длится до 5 дней за раз, футбол,в который играет каждый пацан, от тех, у кого в распоряжении адидасовские мячи по последней технологии и оборудованные стадионы, до тех, кто довольствуется связанными в охапку бечевкой пластиковые пакеты на пыльных улицах, и регби -- тот же американский футбол, но без перчаток и продолжительных перерывов в игре. А каждая гонка здесь, будь то на своих двоих, велосипедах, катерах или мотоциклах, длиннее, серьезнее и упорнее, чем те, к которым привыкли янки. Марафон Комрадс является квинтэссенцией всего этого. Он только называется марафон. На самом деле это 89 км (56 миль) в формате этого года. Расстояние меняется в зависимости от места старта и финиша. Вот посчитайте немного в уме – и получится, что в нем два марафона и еще пятерочка км в придачу. Но кто будет заниматься подсчетами? Комрадс -- целый сектор структуры Южной Африки со своими 11189 участниками, по данным 2008-го года, и 8630 финишировавшими. И из тех финишировавших 8185 человек были из Южной Африки. А в Южной Африке всего человек 44 миллиона. Если перевести цифры в масштаб Штатов, то число финишировавших в сверхмарафоне в Америке должно было бы быть 56000. (Для сравнения – «только» 40000 стартуют в Нью-Йоркском Сити-марафоне, и это включая неамериканцев). Не будет и преувеличением сказать, что многие знают хоть кого-то, кто, по карйней мере, пытался покорить Комрадс. По относительному числу участников соизмеримого мире событиянет. В этом году (имеется в виду 2009-ый год) Комрадс будет проводиться в 84-ый раз. Первый забег стартовал в 1921-ом, когда Вик Клапхам, южноафриканский ветеран Союзнической кампании в Восточной Африке во времена Первой Мировой, собрал группу из 33-х товарищей и пробежал от Пьетермарицбурга до Дурбана в честь своих сослуживцев, которым не пришлось долгим маршем возвращаться домой. Потом забег проводился ежегодно, с перерывом на 1941-45 годы Второй Мировой. Часто год от года стартовую линию переносили, т.е. была версия бега «вверх» -- она начиналась в Дурбане – и версия «вниз» -- со стартом из Пьетермарицбурга. В этом году будет «вниз». Должен сказать, что никогда не представлял себя сверхмарафонцем. Но когда бывал в сельских районах Лесото во времена проведения Комрадс в 2006-ом году, некоторые учителя школы, где я преподавал, спрашивали, почему я не поехал в Дурбан и не участвую в беге. С этого все и началось: я был достаточно ненормален, чтобы бегать по крутым тропкам горного Лесото, стал и достаточно ненормальным, чтобы подписаться и на это. Семя нашло свое место в почве, и тремя годами позже я не мог не начать и продолжить подготовку к Комрадсу. Ну, а что из этого всего вышло, вы уже знаете.

Ihori: 03 ноября 2009 г. http://www.posetech.com/training/archives/000791.html После побед Хусейна Болта на Олимпийских Играх в Пекине и затем на Мировом Чемпионате в Берлине, установленные им мировые рекорды вызывают естественное желание понять принципы его феноменального бега. Даже непрофессионалу бросаются в глаза отличия его техники от техники соперников. Бег Болта легок, игрив, свободен и в то же время чрезвычайно мощен. Но перечисление этих особенностей не позволяют понять причины его воздействия на наши чувства. Что же спрятано внутри той видимой картины, что определяет превосходство этого талантливого спринтера? Что же он делает лучше других, и чем он пользуется из того, что другие не нашли возможность использовать? Очевидно, что это не один какой-либо элемент, а система элементов. И эту систему, на мой взгляд, можно ухватить в момент опоры. Болт со своими 195 см является самым высоким спринтером в мире. Некоторым образом, хотя и не совсем в прямом смысле, это отражает длину его бегового шага. На финальной стометровке Чемпионата Мира в Берлине Болт сделал 41 шаг со средней длиной 2.44 м . Его ближайший соперник Тайсон Гэй (рост 180) уложился в 45.45 шагов со средней длиной 2.20 м. Но объяснить превосходство атлета зависимостью длины его шага от роста было бы весьма упрощенно. За кажущимися легкими и расслабленными движениями стоят особенности техники. Вот что отделяет его от соперников. Чтобы объяснить отличия этой беговой техники, обратимся к теории Метода Позы. В ее основе лежат соображения, отличные от сейчас общепринятых, тех, что базируются на идее приоритета мышечных усилий, на активности движение ног для проталкивания тела вперед. В моем понимании наиважнейшим элементом, которым пользуется Болт, является гравитация, или точнее момент силы, создаваемый гравитацией. Этот момент позволяет Болту эффективно включать в бег все другие силовые составляющие. Так образуется высокоэффективная рабочая система, отвечающая за горизонтальное перемещение атлета с высокой скоростью. Если сказать проще, в беге он использует поворот тела относительно своей опорной точки. А поворот осуществляется за счет момента силы, задаваемого гравитацией. Фактически, это свободное падение тела вперед. Конечно, происходит это в ограниченных рамках пространства и времени, от момента опоры до момента ее окончания. Реально, такое падение происходит в рамках достаточно малого угла отклонения тела от вертикали. Теоретические выкладки для ровного бега с постоянной скоростью дают диапазон от нуля (вертикаль) до 22.5 градусов. Ключевая беговая Поза, обеспечивающая падение вперед и позволяющая объединить все задействуемые силы в систему, толкающую бегуна вперед, это Поза отклонения от вертикали, когда центр тяжести бегуна располагается впереди его опорной точки. На кадрах 1, 10 и 19, с различной степенью допуска, Болт находится в беговой Позе отклонения от вертикали, которая сохраняется до момента окончания опоры (кадры 3, 11, 20). Сохранение Позы во время поворота тела относительно точки опоры показывает, что тело поворачивается (движется) как целая система. С одной стороны это позволяет лучше поддерживать величину момента силы, прикладываемого к телу, а с другой – использывать задаваемый гравитацией момент для ускорения тела, после того, как оно проходит через свое вертикальное положение. Косвенно, другим показателем вращения тела в момент опоры является согнутое колено опорной ноги. Это очень хорошо видно на кадрах 1-4, 10-12, 19-21. Т.е. здесь он не «толкается», а «выжидает», «позволяет» гравитационному моменту силы обеспечивать угловое ускорение его центра тяжести. При этом Болту удается более эффективно падать вперед. Рассматривая специальную скоростную таблицу, разработанную совместно с профессором А. Пьянциным («из наших, из поляков, из славян» -- род. в Чебоксарах), в которой учитываются индивидуальные антропометрические данные атлета, частота его шагов (каданс) и т.д., я сравнил средние углы падения Хусейна Болта и Тайсона Гэя на финальной стометровке Чемпионата Мира в Берлине. У Болта с его 9.58 сек. средний угол составлял 18.5 градуса, средний каданс 4.28 шага в секунду (257 в минуту), а у Гэя с его 9.71 сек. – 18.4 градуса с кадансом 4.68 в секунду (или 281 шаг в минуту). На быстрейшем 20-метровом сегменте дистанции (между 60 и 80 метрами), где Болт развил максимальную скорость 12.42 м/сек с кадансом 4.4 в секунду (или 264 шага в минуту), его угол падения составил 21.4 градуса. Там же у Гэя – 12.27 м/сек, 4.8 шагов в сек, (288 в минуту). С точки зрения физики, в этом смысл есть: Болт более эффективно трансформирует свою угловую скорость в линейно-горизонтальную. В простом смысле это может быть выражено известным соотношением между линейной и угловой скоростью для вращательно-поступательного перемещения тела: v = ωr, где v – горизонтальная скорость перемещения центра тяжести, r – радиус вращения центра тяжести, ω – угловая скорость вращения центра тяжести. Здесь Болт использует свое преимущество в росте (радиус вращения) и устанавливает свое тело в Позу, благоприятную для образования момента силы за счет гравитации, и выдерживает ее дольше и лучше, чем другие спринтеры. Отсюда и общая эффективность перемещения Болта вперед. Центр тяжести, при этом, закончив свое вращательно-поступательное движение в момент отрыва от опоры, продолжает свое движение в воздухе по наклонной траектории, подобно камню, пущенному из пращи. И так до следующей Позы. Сравнение бега Болта с его соперниками дает нам возможность видеть, что техника его существенно отличается в деталях за счет Позы, удерживаемой до окончания момента опоры (что я называю стандартом). Это придает ему дополнительную помощь гравитации и задействует его врожденное преимущество – рост. На кадрах 3, 11 и 20, где опора практически заканчивается, положение маховой ноги близко к опорной. Здесь необходимо отметить, что визуально эти отличия в технике очень малы, почти незаметны, но именно они создают впечатление, что движения легки, расслаблены и быстры. И не важно, как в итоге, Болт к своей технике подошел – осознанно или неосознанно. Главное, что она позволяет ему раскрыть данный ему Богом талант. Эта техника дает ему возможность развернуть свой генетический потенциал, тот природный дар, раскрывающий его психо-эмоциональные и ментальные возможности на высочайшем уровне. И несколько прогнозов по поводу его дальнейшего прогресса. Если ему удастся поднять каданс своего бега до уровня соперников, где-то до 4.5 шагов в секунду (270 в минуту), и сохранить при этом свой средний уровень наклона, то результат его будет 9.11. Впечатляет? Но его мечта пока «только» 9.4. Статья д-ра Николаса Романова перевод с русского С. Романова

Vald: Болт ? Эстетически на 100-метровке мне больше нравился Бен Джонсон. Особенно в финале Олимпийских игр 1988 г. Особенно его старт. Ракета! Super-ракета !!! Даже допинг-разоблачения не повлияли на восприятие картинки. На 200 м ( опять же эстетически ) своей парадоксальной техникой ( не очень-то соответствовавшей высочайшим результатам) запомнился Майкл Джонсон . Без впечатляющего атлетизма , «живот» вперёд – а результаты и победы выдающиеся…

Ihori: Как улучшить форму и предотвратить боли в спине By Thomas Minton As featured in the issue of Running Times Magazine http://www.runningtimes.com/Article.aspx?ArticleID=8656&CategoryID=&PageNum=1 Многие бегуны уже заметили, что в последнее время популярные издания стали уделять больше внимания вопросам тренировки “середки” – несущих мышц, удерживающих наше тело прямо. Упражнения для укрепления “середки” предназначены для улучшения формы и предотвращения болей в спине, как и помощи при ряде других травм. Так почему же многие продолжают страдать спинными болями, несмотря на тысячи наклонов и качаний пресса? Согласно последним исследованиям некоторые спинные боли тесно связаны с недостатком активности ключевых поддерживающих мышц поясничного отдела позвоночника. Это глубокие стабилизирующие мышцы, образующие вокруг позвоночника защитный корсет. Проработка этих мышц может помочь устранить боли в пояснице и улучшить форму. К сожалению, наклоны и качания пресса мало стимулирует этот отдел позвоночника. Чтобы эту область проработать нам нужно обратиться к базе. Основное упражнение базы – это напряжение поперечных подбрюшных мышц (Transversus Abdominus). Для его выполнения, прежде необходимо определить нейтральное положение позвоночника. Это положение, при котором позвоночник находится в сбалансированном состоянии и стабилизирующие мышцы могут сокращаться и взаимодействовать эффективно. Чтобы найти это положение, нужно лечь на спину и согнуть колени. Теперь медленно вдавливаем поясницу в пол и затем медленно выгибаем спину до образования промежутка между спиной и полом. Повторяем это действие несколько раз с увеличением амплитуды до ощущения полной выработки диапазона. В конце выгибаемся максимально до ощущения легкого напряжения в пояснице. Теперь уменьшаем амплитуду процентов на 10 до ощущения, что напряжение пропадает. Это и есть нейтральная позиция позвоночника. Теперь начинаем напряжение подбрюшных мышц. В нейтральном положении позвоночника медленно вдыхаем и выдыхаем. При этом втягиваем область пупка к позвоночнику или представляем, как втягиваются наши внутренности. Удерживаем такое втягивание и продолжаем расслабленно дышать. Держим напряжение 5-10 секунд, потом расслабляемся. Эффективность выполнения упражнения контролируется путем глубокого продавливания пальцами низа живота в области, где выступают кости таза. Там должны прощупываться подбрюшные мышцы в состоянии напряжение. Повторяем упражнение сериями по 10 повторов до ощущения правильности его выполнения. А дальше что? После того, как освоимся с вышеописанным базовым напряжением, переходим на следующий уровень. Для этого к базовому напряжению подключаем работу ног. Цель – удерживать позвоночник в нейтральном положении и напрягать подбрюшные мышцы (в стабильной динамике), когда к работе подключаются и ноги. Для удобства контроля возможных движений позвоночника хорошо использывать манжету от прибора для измерения кровяного давления. Помещаем манжету под поясницу с подкачкой примерно до 40 мм ртутного столба. При этом, если упражнение выполняется правильно, показания прибора должны оставаться стабильными. Любые отклонения в показаниях прибора возникают из-за движений позвоночника и говорят о неправильности или усталости. Делай 1 – Первый уровень выполнения – подъем согнутой ноги. Находим и удерживаем нейтральное положение позвоночника, напрягаем подбрюшные мышцы, затем медленно поднимаем и опускаем согнутую ногу в диапазоне 5 сантиметров от стопы до пола. Меняем ноги. Продолжаем до ощущения усталости или до момента начала нарушения формы. Контролируем процесс по ощущению или по манжете. После освоения серии в 20-30 правильных повторений переходим к следующему уровню. Делай 2 – На втором уровне нога скользит. Выполняется так же как и Делай 1, но сейчас нога скользит по полу до ее максимального распрямления. Затем возвращаемся в исходную позицию и скользим другой ногой. Делай 3 – На третьем уровне скользим ногой, как в Делай 2, но на высоте около 5 сантиметров от пола. Делай 4 – Теперь мы готовы к подъему прямых ног. Ложимся, сгибаем одну ногу, а другую выпрямляем. Медленно поднимаем прямую ногу на высоту около 30 сантиметров от пола. Добавляем сопротивление и функциональность Каждое из вышеуказанных упражнений может быть усложнено путем добавления веса на лодыжки или за счет эластичного бинта, создающего сопротивление движению. Но лучше подумать, как добавить эти базовые упражнения к своим регулярным работам. Ниже даем несколько подобных примеров, а дальше их можно развивать бесконечно. Ключевой момент каждого упражнения – следовать принципам базового напряжения, удерживать нейтральную позицию позвоночника и продолжать спокойно дышать. Веса должны быть умеренные, ближе к легким. Прорабатываемые мышцы функционируют в режиме выносливости, в этом режиме их и тренируем. Делаем 2-3 серии с весами, приводящими к усталости через 20-30 повторений. Если удается выполнять 30 повторений с хорошей формой, вес можно увеличить. 1. Приседания – Выполняем приседания до сгибания коленей до угла в 90 градусов с учетом базового напряжения поперечных подбрюшных мышц 2. Разделенные приседания – Становимся в позу фехтовальщика – одна нога впереди, а другая сзади – с дополнительным весом или без него, на усмотрение. Медленно опускаем колено задней ноги до касания пола и возвращаемся в исходное положение. Оба колена сгибаются до угла в 90 градусов. Не забываем про контроль напряжения поперечных подбрюшных мышц, нейтральное положение позвоночника – это основа данного упражнения. 3. Планка/ подъем ног – Выполняем позу обычной йоговской планки с концентрацией на напряжении подбрюшных мышц и на нейтральной позиции позвоночника. Попросите кого-либо понаблюдать или проверьте в зеркало сами, находится ли ваш позвоночник в правильном положении. Отрабатывание планок начинаем с попеременных подъемов прямых ног: поднимаем ногу от пола и удерживаем на 5 счетов. Потом ноги меняем. 4. Упражнения на тяговом тросовом тренажере – одним из наилучших агрегатов для отработки функциональной беговой формы является тяговый тросовый тренажер, встречаемый во многих фитнесс-залах. Устанавливаем трос в его максимально высоком положении и на другой конец ставим достаточно легкий вес. Встаем на левую ногу и хватаемся за трос правой рукой. Одновременно тянем трос вниз, а колено правой ноги вытягиваем вперед, как при беге. Конечно, при этом основной фокус держим на напряжении подбрюшных мышц и на нейтральной позиции позвоночника. Упражнение может быть усложнено за счет добавления веса на неопорную ногу, ту, которую тянем вперед. 5. Упражнение в беге – После освоения изометрического напряжения подбрюшных мышц в предыдущих упражнениях, можно его попробовать и в беге. На бегу держим напряжение секунд тридцать и повторяем 5-10 раз на час бега. Эти простые упражнения очень эффективны для улучшения беговой формы и для предотвращения болей пояснице, а также помогают от других сопутствующих травм. Томас Минтон – специализируется на спортивных травмах в циклических видах спорта. thomas.minton@msj.org . Литература Hides J.A., Jull G.A., Richardson C., (2001). Long term affects of specific stabilizing exercises for first episode low back pain. Spine, 26, E234-238. Hodges P.W., Richardson C.A., (1996) Inefficient muscular stabilization of the lumbar spine associated with low back pain: a motor control evaluation of transversus abdominus. Spine 21:2640-2650. Hodges P.W., Richardson C.A., (1998) Delayed postural contraction of the transversus abdominus in low back pain associated with movement of the lower limbs. Journal of Spine Disorders 11:46-56. Richardson C, Jull G, Hodges P, Hides J, (1999) Therapeutic Exercise for Spinal Segmental Stabilization in Low Back Pain, Churchill Livingstone, Edinburgh.

Ihori: By Jason R. Karp, Ph.D. As featured in the May 2007 issue of Running Times Magazine http://www.runningtimes.com/Article.aspx?ArticleID=10719&CategoryID=&PageNum=1 Недавно я закончил книгу “Как следует думать, чтобы стать Эйнштейном?” Идея заключалась в том, что для удачного решения проблем и поиска ответов на сложные вопросы нужно не привязываться к установившимся правилам. Согласно книге, Эйнштейн открыл теорию относительности, когда отказался от правил, от которых другие ученые отказаться не могли, их мозг не мог покинуть наезженную колею. Они видели мир таким, каким себе представляли, но не таким, какой он есть на самом деле. Эйнштейн же попробовал понять, что могло бы случиться, если бы вселенная существовала по другим законам, и тем самым он смог оторваться от правил. Одно из “правил” долгого бега заключается в том, что за поясом у тебя должно быть достаточно большое количество миль. И действительно, многие бегуны сопоставляют свою тренированность с объемами пробегаемых в километрах, и уверены, что чем больше будет километров, тем будет лучше. Одному моему другу не хватило 4 секунды в отборочных соревнованиях на 1500 метрах пред Олимпиадой 2004-го года, а бегает он по 100 миль в неделю (160 км). Честно говоря, я считал его ненормальным. После того случая у меня закралась мысль, а стоит ли надрываться по 100 миль в неделю, чтобы успешно пробежать что-то за четыре минуты? Легендарный тренер Артур Лидьярд вдохновенно утверждал, что большие объемы аэробного бега формируют базис бегуна на любые дистанции. И не важно, тренируешься ли ты под одну милю или под марафон, начинать нужно с набора километров. Объяснение состояло в том, что тренировка выносливости стимулирует много физиологических, биохимических и молекулярных процессов адаптации. И такого рода адаптация рассматривается как попытка организма откликаться и подстраиваться под требование бегать каждый день. Например, тренировки на выносливость стимулируют большее накопление топлива (гликогена) в мышцах, параллельно повышают использование внутримышечных жиров для сокращения расхода гликогена, улучшают способность кровеносных сосудов переносить кислород за счет роста количества красных кровяных телец и увеличения уровня гемоглобина, формируют мощную капиллярную сеть для улучшения снабжения кислородом мышц, и, за счет комплексной активации заложенного генетического кода, увеличивают плотность митохондрий и число аэробных энзимов, повышают аэробный метаболизм. Впервые связь между увеличением активности энзимов митохондрий и увеличением способности митохондрий потреблять кислород была отмечена на мышцах крыс в 1967-ом году. Это был заметный шаг в изучении процессов адаптации скелетных мышц. В общем это выглядело так, что чем больше нагрузка – тем больше адаптация. Хотя многие ученые и понимали, что существует верхний предел тренировочных объемов, влияющих на дальнейшую адаптацию. И, что в исследованиях не был отмечен момент, когда, несмотря на увеличение нагрузки, адаптация прекращалась. Или, переводя все это на язык бегунов, -- сколько миль нужно для счастья? Ответ зависит от многих факторов. В первую очередь – от генетически определенной склонности адаптироваться к большим объемам бега, и от объемов, которые бегун может физически и психологически переварить. "Трудно сказать, какой объем в милях будет идеальным для максимального запуска процессов клеточной адаптации и как он будет зависить от времени, уделяемого на бег," – говорит физиолог и тренер Джек Даниелс (Jack Daniels, Ph.D.), главный тренер Центра Тренировки в условиях Высокогорья Университета Северной Аризоны (он же автор знаменитой книги “Беговая Формула Дениелса” -- Daniels’ Running Formula -- http://books.google.com/books?id=gaF6BCihjrQC&printsec=frontcover&hl=ru#v=onepage&q&f=false). “Наилучшим ответом будет – бегай столько, сколько сможешь, но без потери интереса, болезней или травм”. Хотя многие бегуны и тренеры уверены, что большие объемы равнозначны большему успеху, Дениелс несколько охлаждает пыл начинающих бегунов на длинные дистанции. “Мы можем перебрать с объемами, особенно для молодых бегунов. Можем потерять многих перспективных, если будем заставлять их увлекаться объемами”. Влияние тренировочных объемов на физиологию и на спортивную форму Все бегуны знают, что чем больших успехов удалось достичь, тем труднее их будет улучшить. Печально отметить, но адаптация к тренировочным нагрузкам не может продолжаться неопределенно долго. К сожалению, многие исследования процессов биохимической адаптации к тренировкам на выносливость проводились на животных. Например, максимальное содержание энзимов в митохондриях крыс определялось при адаптации к 60-минутному бегу пять раз в неделю. Опубликованные в Европейском журнале по Физиологии в 1998 г. (The European Journal of Physiology) исследования тренировки лошадей по 34-недельной программе показали, что насыщение роста мышечных волокон и числа капилляров на одно волокно выходили в режим насыщения после 16-ой недели тренировки. После 16-ой недели лошадей разделили на две группы: контрольную группу, продолжающую тренироваться в режиме насыщения, и группу, для которой беговые объемы повысили. В обеих группах в течение следующих 18 недель, наблюдалось увеличение объема митохондрий и МПК с увеличением беговых объемов. Но число мышечных волокон и капилляров после 34-ой недели в группах не отличалось, несмотря на двойную разницу объемов. Это указывает на наличие лимита мышечной адаптации к нагрузкам. Очевидно, чем менее спортсмен тренирован, тем большую пользу он может получить от увеличения бегового объема. Например, согласно публикации в Журнале Прикладной Физиологии за 1992-ой год, недельные объемы от 5 до 75 миль (от 8 до 120 км) в 86.5% случаев объясняют разницу МПК между соответствующими бегунами. Другая публикация в Европейском Журнале Прикладной Физиологии за 1986-ой год, говорит, что бегуны с недельными объемами более 62 миль (100 км) на дистанциях от 10 до 90 км бегут быстрее тех, кто бегает в неделю менее 100 км. Но, несмотря на очевидность увеличения ПМК и способности бегать быстро в зависимости от увеличения беговых объемов согласно вышеописанному принципу адаптации, мы не можем делать однозначные выводы только на сравнении бегунов из отдельных групп. Похоже, что генетически более одаренные спортсмены с более высоким ПМК способны сами по себе бегать больше и быстрее. Согласно Девиду Костилу, заслуженному профессору Государственного Университета Болла и бывшего директора Лаборатории по изучению человеческой производительности, физиологические изменения выходят на режим насыщения при умеренных объемах нагрузки. “Если вы переходите от нетренированного состояния к тренированному, пробегая в неделю по 30-40 миль (50-65 км), то МПК и показатели мышечной биопсии возрастают, но когда вы приблизитесь к 60 милям (100 км) в неделю, все входит в режим насыщения. Истинные объемы, выводящие организм в режим насыщения, зависят от индивидуума, но при объемах от 60 до 70 миль (100-110 км) в неделю изменений будет не много”. Итак, если МПК и показатели мышечной клеточной адаптации достигают режима насыщения при 70 милях в неделю (110 км), то зачем люди бегают больше? “Ответа на это нет, -- говорит Костил, -- людям, бегающим на 5000 и на 10000 нужна заметная скорость, а при объемах в неделю 120-130 миль (190-210 км), эффективно тренироваться не получится”. Как много бегает элита? В 2004-ом году я изучал тренировочные характеристики кандидатов американской марафонской команды. Результаты были опубликованы в Международном Журнале по физиологии и производительности в марте 2007-го. Мужчины в среднем бегали по 90 миль в неделю (145 км) с пиковыми значениями до 120 миль (190 км), а женщины – по 72 мили (116 км) с пиками до 95 миль (150 км). И так в течение года перед отборочными соревнованиями. Однако, элитные марафонцы-мужчины (до 2:15) по статистике бегали не больше, чем марафонцы национального класса (2:15-2:22). Элитные спортсмены-мыжчины в среднем бегали в неделю по 97 миль (156 км) с пиками до 126 миль (203 км), тогда как спортсмены национального класса в среднем выполняли в неделю 90 миль (145 км) с пиками до 119 миль (191 км). У женщин был больший статистический разброс, похоже задаваемый большим диапазоном их функциональности. Элита (до 2:40) в неделю в среднем бегала 84 мили (135 км) с пиками до 112 миль (180 км), а спортсменки национального класса (2:40-2:48) – соответственно 69 миль (111 км) с пиками до до 91 мили (146 км). Но несмотря на то, что быстрые спортсменки бегали больше, только четверть результатов их производительности можно было объяснить отличием их беговых объемов. Еще меньшее расхождение в результатах давала разница объемов у мужчин. Большие объемы не придавали однозначно им скорости. На результат, не зависимо от того, сколько вы бегаете, большую роль оказывает генетика. Индивид, наделенный талантом, почти всегда будет выступать лучше, чем тот, у кого таланта меньше, хотя тот и тренируется больше. Тимоти Ноакс, доктор медицины Кептаунского Университета в Южной Африке, говоит, что “оптимальные тренировочные объемы лучших мировых атлетов лежат в диапазоне 75-110 миль в неделю (120-180 км), и организм атлета просто не сможет переварить больше, чтобы не сломаться”. По ту сторону от МПК и метаболизма А есть ли смысл бегать больше, если при более 70 миль в неделю (110 км) не наблюдается улучшения МПК и метаболических характеристик мышц? Исследования показали, что бегуны, практикующие большие объемы, бегают более экономно. Отсюда многие ученые делают выводы, что объемы более 70 миль в неделю (110 км) вырабатывают более экономную технику бега (сказывается на потреблении кислорода для поддержания нужного темпа). Возможно, что простое повторение движений при ходьбе уменьшает различные толчки и удары, делая поступь плавной. Повторение беговых движений дает похожий нейро-эффект. За счет многочисленных повторений шаблон задействования мышечных волокон и, возможно, взаимосвязь дыхания и ритма шагов оптимизируется и сокращает нужное для процесса количество кислорода. Иными словами – практика ведет к совершенству. Также большие беговые объемы ведут к уменьшению собственного веса спортсмена, что приводит к еще большей экономии в потреблении кислорода. Но так как трудно отделить причину от следствия, то не совсем понятно, становятся ли бегуны с большими беговыми объемами экономными в беге или врожденно более экономные бегуны способны безболезненно справиться с большими беговыми объемами. Но помимо физиологической адаптации к поглощению большого количества миль и соответствующего улучшения функциональности, беговые объемы в конечно счете зависят от мозга спортсмена. “Наиболее подходящее объяснение этому -- , говорит д-р Ноакс, - в том, что работа мозга в этом процессе весьма важна, хотя и не заметна. Мозг может оптимально адаптироваться к конкретному тренировочному объему, и многие аспекты тренировочного процесса, равно как и сам ход адаптации, говорят нам, что данную дистанцию мы преодолеть сможем. Психологическая подготовка начинается задолго до физической тренировки”. Хотя многие бегуны и тренеры согласны, что тренировочные объемы важны, более важной является интенсивность тренировки. Интенсивность улучшает тренированность и функциональность, особенно среди бегунов высокого класса. Исследования говорят о том, что интенсивные тренировки необходимы для максимальных улучшений кардиоваскулярной системы и что МПК и другие физиологические показатели можно повысить за счет интенсивности. Например, для бегунов высокого класса интервальные тренировки на 95-100% от ПМК являются наилучшими и просто необходимыми. А поскольку тренировочные объемы влияют на интенсивность, то вопрос можно поставить не плане, сколько миль бегать достаточно, а сколько миль будет тем пределом, который влияет на интенсивность. Поэтому, готовитесь ли вы к своим следующим 5000 или марафону, ответ на вопрос, сколько бегать, не легко. Наилучший способ найти свой оптимум недельного объема – это систематически их повышать месяц за месяцем, год за годом, и при этом отмечать, какое влияние они на вас оказывают. И помнить, что не всегда “больше” означает “лучше”. Подобно Эйнштейну иногда нужно идти против правил. ________________________________________ Jason R. Karp is a Ph.D. candidate in exercise physiology at Indiana University, a professional running and sports performance coach, freelance writer, and competitive runner. He currently lives in Albuquerque, New Mexico. RunCoachJason.com.

Авва: километры "ниочом". Можно бегать по 6 мин на 1 км, это 10 кмч и 100 км в нед это 10 часов бега, а можно по 4 мин, это 15 кмч и 100 км это всего лишь 6.66 часов в нед. Организм не понимает километры, он понимает время. Ненавижу беговое сообщество за измерение всего в километрах, это глупо.

Ihori: Авва, а что лучше - 10 часов по 6 мин. или 6.66 по 4 мин.? (статья примерно об этом). Сам я перешел на общую оценку усилий в часах. Для любителя достаточно. Уж больно это сложно все -- привязываться к промеренным маршрутам, считать круги, ждать, пока раскочегарится гармин и высчитывать метры, да и сломался он уже год как.

ROM: Авва пишет: Организм не понимает километры, он понимает время. и другое. Например, у меня за апрель 50:54.39 часов вроде бы круто, а если посмотреть по километрам - 576 км, то не очень.

Авва: Ihori пишет: Авва, а что лучше - 10 часов по 6 мин. или 6.66 по 4 мин.? (статья примерно об этом). Это странный вопрос, что лучше - круглое или квадратное. Зависит от того, катать или носить. Километр вещь очень относительная, это может быть и 3 минуты и 7, а со временем не забалуешь. Гораздо проще давать тренировку по времени: "столько минут на такой скорости относительно темпа на 10 км". Все, не надо думать над уровнем подготовки и кто сколько умеет, потому что тренировки по сути для всех одинаковы, просто кто-то может переварить больше, а кто-то меньше. И не надо старомодных оправданий, вся современная велосипедная литература написана от времени, а не от километража. Я сам тоже всегда в первую очередь считаю объем в часах. Остальное просто доп. информация



полная версия страницы